— Там, впереди, поворот будет… довольно многообещающий в смысле засады. Спешить нам особо-то некуда; мы на подъезде; а безопасность — это главное… «Иной раз несколько часов пролежишь в мокрых кустах, возвращаясь к своим с разведки, только потому что изменился график у часовых…» — процитировал он по памяти.
— Каких? Часовых?.. Чьих??
— Это из книжки. «Приключения на берегах Онтарио», кажется, там всё с индейцами воевали, и главный следопыт, — его так и звали — Следопыт; вот он говорил, что поспорить в хитрости с индейцами может только такой же как они хитрец… и что предосторожности прежде всего. Несмотря на потери времени и всё такое, это окупается — пусть даже и перестраховка…
— Начитанный!.. — с ноткой уважения протянул Джонни; — И что с того? Ну — какие предосторожности?
— А вот какие… — Владимир вновь притормозил, — Лезь на моё место. Дальше сам поедешь, и медленно, на второй передаче; а я срежу. Выйду к повороту с другой стороны. За поворотом, если ничего не случится, подождёшь меня; ну а я тебя, в свою очередь, оттуда подстрахую.
— Йес, сэр!! Вахтенных на мостик! — пацан бы сама исполнительность. Пошоферить для него всегда было в радость, но Владимир пускал его за руль редко, предпочитая рулить сам.
Владимир покинул тёплую кабину; зябко застегнул все пуговицы на своей длиннополой, ещё с семейного коттеджа куртке-шотландке; порадовался, что она такая вся «почти что хаки»; натянул по уши вязаную шапочку, поправил шарф-арафатку, надел на левую руку перчатку, а правой проверил пистолет под мышкой. Ну, с богом! Оно, конечно, может и случайность, эта ракета, но уж очень подозрительно; хотя и в стороне. Проедем этот неприятный поворотик — там, сколько помню, ещё куча валежника навалена, — дальше уже бестрепетно к церкви… ну и там, на подъезде, осмотримся — не сменилась ли власть за время моего отсутствия. Как завещал незабвенный Следопыт Натаниэль Бампо. Ибо мало ли что, а скальпы наши нам самим пока пригодятся…
Well, what the heck? Предосторожность оказалась не лишней. У поворота, где кусты были совсем густые, и вдобавок, как нарочно, была свалена большая куча валежника, кто-то прятался.
Владимир нарочно сделал немалый крюк, и вышел к повороту «с тыла». И вот теперь, сидя в густых кустах, внимательно рассматривал засаду. Засаду, явно, на них с Женькой — поодаль неторопливо и негромко напевал мотор приближающейся «буханки» с пацаном за рулём. А тот, в засаде, явно ждал. Он был в камуфлированной куртке с капюшоном, и рассмотреть с такого расстояния Владимир его не мог. И он был с оружием — из-под руки прятавшегося был виден приклад. Приклад, и ещё какая-то коробка.
Вот попадалово! Хорошо что решил быть предусмотрительным! Он осторожно отвёл рукой ветки кустарника, продолжая рассматривать прятавшегося. Машина всё ближе… Hell, чо делать-то? Стрелять отсюда? Попаду, конечно, но надо ли? Лучше взять живым, кто бы там ни был! Но красться времени уже нет, машина рядом. Остаётся только преодолеть оставшееся расстояние рывком. Тот — неважно что у него, автомат, карабин или охотничье ружьё; всё одно «длинномер» как говорил Вовчик — не успеет развернуться, тут я его и… Он сунул было приготовленный пистолет обратно в подмышечную кобуру, и стал готовиться к рывку…
Как будто почувствовавший что-то человек в камуфляжной куртке приподнялся на локтях, завертел головой, осматриваясь по сторонам — мелькнула из-под капюшона курчавая бородка. Сейчас-сейчас я его…
— Да расслабься ты, — Вовчик это! — отчётливым шёпотом произнёс кто-то у него за спиной, и этот шёпот прозвучал для него как набат.
Владимир чуть не подпрыгнул от неожиданности; и, с хрустом каких-то деревяшек под ногами резко обернулся, вновь сунув руку за пазуху, к пистолету… на него смотрело девичье лицо. Ээээ… Лика. Одна из девчачьей коммуны. Чччёрт…
Лика была экипирована по-походному: довольно драный, чинёный «через край» солдатский бушлат, перетянутый широким ремнём; спортивные брюки, резиновые сапожки. Голову украшала повязка в стиле «бандана». В руках у неё было охотничье ружьё, которое она теперь, уже не стараясь сохранять тишину, забросила на ремне за спину.
Вот это попадалово! Свои!
Человек в камуфляжной куртке, явно услышав шорохи за спиной, споро перекатился на спину, одновременно поднимая автомат… ну конечно — Вовчик!! Только бородатый! Свои!!
От избытка чувств Владимир заключил отнюдь не сопротивляющуюся девушку в объятья и чмокнул в щёку.
— Ура!
— Вовка!! Стой — Хорь же не знает! Пальнёт сейчас! — высвободившись от его объятий, она несколькими замысловатыми жестами явно дала понять, что «это — свой!», да сейчас и сам Вовчик уже рассмотрел друга и, просияв, опустив автомат, чуть ли не кинулся ему на встречу — но из-за поворота появилась неторопливо катящаяся «буханка».
— Это?..
— Свои, Лика, свои! Вовчик! — свои это!
