Отпуск на курорте пронесся как пестрая карусель - они дружной компанией кутили по барам, клубам и борделям - благо, все было за счет МОЗа (Министерства Обороны Земли). Ребята делились возмущенными рассказами о рабстве, у Родеску на спине красовались шрамы от плетей, его отправили работать на какую-то стройку и там ему досталось от надсмотрщика. Леху дрессировал еще и сам тармаэл, так что он испробовал и тармаэлльских когтей - в его обязанности входило убирать за тесоками - животными, использующимися в качестве лошадей - и он не раз сталкивался на конюшне с недовольным господином. Редж, натянуто улыбаясь, высказал, что его заставили крыс ловить в какой-то кладовке - один раз он возмутился, получил когтями по шее и с тех пор сидел тихо, и рабство его протекало на редкость скучно. К нему немедленно прилипло прозвище “Крысолов”, и почему-то оно неприятно резало слух в устах товарищей. А через пару месяцев Крысолов вернулся на Землю и оказался предоставленным самому себе. Родеску остался в десанте и улетел в рейд, Леха решил прикупить домик на тихой колониальной планетке, с разведчиками они как-то особо не подружились. Так что на Реджа, приехавшего в свою холостяцкую квартиру, внезапно навалилось одиночество. Пару дней он отсыпался после перелета, и вот настал вечер, когда заняться было ну совершенно нечем. Он позвонил старинному своему другу – Дику. Но тот с семьей сейчас отдыхал где-то на другой планете и вернуться обещал только через неделю. Десантник вышел прогуляться, каменные джунгли мегаполиса ослепляли яркими огнями - на Земле никогда не было темно, даже ночью. В душе поселилось что-то неуютное, муторно ворочающееся где-то в глубине. Думать об этом было нельзя… глупо было об этом думать… Марвею он больше никогда не увидит. Нет никакой возможности найти его - Вселенная велика, вероятность случайной встречи равна абсолютному и непреклонному нулю, а направленные поиски невозможны, да и опасны - объявят шпионом или психом. Да и о чем он? Какие поиски?! Интрижка между рабом и господином… кажется, это что-то сродни Стокгольмскому синдрому…
И пока он смотрел себе под ноги, разглядывая проплывающий под ботинками мокрый после дождя асфальт и цепочки огней, отражающиеся в лужах, в мысли ненароком прокрались воспоминания… и синие глаза, и редкая улыбка, и водопад струящихся по спине волос, и взмахи светлых ресниц, и легкая поступь… ощущение, когда тебя случайно задевает шелковый рукав… изящные пальцы с перламутровыми когтями… под его губами… цепочка на лодыжке… тихий вечер у костра… какие же у него глаза иногда бывали грустные… и усталые… и замкнутые… и одинокие… Как Синеглазый терпел боль, потому что нельзя было показывать слабость… как его строгая осанка ломалась на пороге спальни, где только Крысолов мог видеть, что тармаэл тоже живой человек… ему плохо и больно… позволял таскать себя на руках… раздевать, когда и пальцем не мог шевельнуть от усталости… как уснул первый раз у него на плече, пока Редж держал компресс со льдом и согревал его своим телом…
Горло сдавил какой-то подозрительный комок. Редж мотнул головой – надо было зайти куда-нибудь выпить… выпить и найти себе девчонку – нормальную, веселую девчонку… и выкинуть все это из головы… потому что невозможно-невозможно-невозможно его найти… и никогда уже не повторится это сумасшествие и надо жить дальше… раз уж дали ему второй шанс на нормальную жизнь, вернули свободу… а он не отказался от нее… нет, ну что за глупости?! Рабом что ли просить остаться?! Чушь какая – Мэллок не хотел сдохнуть на цепи. Он решительно зашагал к призывно горящей вывеске - бар «Любовный нектар» - дурацкое, но зато многообещающее название. Рюмка-другая, Редж поболтал с какой-то симпатичной брюнеткой, она улыбалась ему, но без особого энтузиазма, а сам десантник еще не решил, стоит ли клеиться к ней всерьез.
Туалет в баре имел общий вестибюль с женским. Комнату с зеркалами заливал яркий белый свет, рядом мыла руки блондинка с длинными высветленными до жемчужного блеска волосами. Редж задумался, насколько этот потрясающий цвет искусственный, а потом она подняла взгляд, и он задохнулся – на него смотрели синие, как васильки глаза…
«Нет-нет-нет-нет, это сумасшествие! - кричал внутренний голос. - Найди себе брюнетку! Брюнетку с темными глазами! Чтобы ничто не напоминало… зачем искать замену?! Суррогат! Что за бред?!»
