Дрелларек сел, профессионально заинтересованный. Ускинс в ужасе разинул рот. Из горла Пазела вырвался слабый звук, похожий на хлюпанье скручиваемой досуха тряпки.
— Ради Рина, Нилус, мы едим, — проворчала Оггоск.
Роуз указал на ошейник.
— Уберите эту штуку, — сказал он. — Чедфеллоу, если вы не собираетесь есть, я предлагаю вам заняться приготовлениями.
Отт коснулся чего-то на застежке. Ошейник соскочил, и Пазел, судорожно вздохнув, упал вперед. Мастер-шпион вернулся к своей трапезе.
— Чего я все еще не могу понять, — сказал Дрелларек, передавая свою тарелку, — так это природу восстания, которое вы организовали. Давайте предположим на мгновение, что маг безумен — что он не может дать Шаггату силу владеть этим Нилстоун, каким бы большим или маленьким оружием Камень ни был.
— Мы ничего не предполагаем в этой кампании, — сказал Отт. — Мы заберем Нилстоун себе и укротим или убьем колдуна задолго до того, как прибудем в Гуришал. На самом деле, это будет первым, что мы сделаем, как только Шаггат вернется к жизни.
— Тем лучше, — сказал Дрелларек. — Но как орда Шаггата может угрожать Мзитрину? У них ведь нет флота, верно?
Альяш покачал головой:
— Рыбацкие лодки, прибрежные суда, несколько разбитых бригов.
— Тогда, — сказал Дрелларек, — как они вообще могут вступить в бой с Белым Флотом, не говоря уже о том, чтобы угрожать ему? Есть ли у них какая-нибудь надежда на общий прорыв из Гуришала?
— Они надеются на свое пророчестве, — сказал Отт. — И их вера свирепа, в то время как вера Пяти Королей слаба. Помните, что Мзитрин почти завоевали мир, только для того, чтобы потерпеть поражение изнутри из-за раскола в их собственной религии. Нессарим, напротив, верят в бога, который ходил среди них: бога, который бросил вызов величайшей империи Алифроса и который еще может вернуться, чтобы править ею. Ничто не отвлечет их от этой мечты.
У них есть полезные заблуждения; у нас есть особая тактика. И завтрашняя экскурсия сыграет свою роль и в том, и в другом.
Отт откинулся на спинку стула, а Роуз оперся своими массивными локтями на стол. В наступившей тишине Пазел поднял голову и обнаружил, что все они смотрят на него.
— Вы закончили, герцогиня? — спросил Роуз.
Оггоск отодвинула свою тарелку с супом:
—
— Очень хорошо, — сказал Роуз.
Пазел напрягся. Глаза его мучителей переместились. Пазел повернул голову и увидел Чедфеллоу, идущего к нему с чем-то похожим на маленькую лейку с длинным носиком. Доктор действовал очень быстро. Он схватил Пазела за волосы левой рукой и откинул его голову назад, затем протолкнул носик лейки через губы мальчика и мимо окровавленной тряпки. Прежде чем Пазел понял, что происходит, он проглотил полный рот чего-то горького и теплого. Чедфеллоу убрал носик и взял Пазела за подбородок рукой, убедившись, что остальная жидкость попала ему в горло. Его взгляд был свирепым и опасным, но, в отличие от Отта, он не выказывал никаких признаков удовольствия от того, что делал. Мгновение спустя он отпустил Пазела и отступил назад.
— Вы можете продолжать, — сказал он мастеру-шпиону.
— Так быстро?
— Это уже произошло, если вообще произойдет.
Сандор Отт встал перед Пазелом, который кашлял и дрожал.
— Успокойся, — сказал Отт. — Это не яд. В том, что касается этого, мне вряд ли нужна помощь врача. А теперь слушай меня внимательно, Паткендл.
Эти слова были подобны удару в живот. Пазел пристально посмотрел в холодные глаза Отта. Мастер-шпион кивнул. И Пазел ударился головой о стойку с воплем горя, который сотряс его тело сильнее, чем боль несколькими минутами ранее.
— Великий Рин наверху! — сказал Дрелларек. — Он понял!
— Успокойся, парень! — засмеялся Отт. — Я процитировал древнюю литературу, а не рассказал о своих настоящих делах.
Сердце Пазела бешено колотилось. Его глаза были широко раскрыты от ужаса и замешательства.
— И все же ты не заметил, как я перешел на другой язык, — продолжал Отт. — Твой Дар работает, парень. Препарат Чедфеллоу только что его вызвал. И вам, доктор, мои сердечные поздравления. Если мы действительно сможем получить доступ к его Дару, когда возникнет необходимость, мистер Паткендл все еще может оказаться таким же полезным, как вы когда-то утверждали.
Пазел повернулся и посмотрел на доктора. Какую бы смесь эмоций он ни испытывал раньше, она исчезла. В его глазах не было ничего, кроме ненависти.
Чедфеллоу не встретился с ним взглядом.
— Препарат не идеален, — сказал он. — Мальчик может испытывать некоторую дезориентацию и головокружение, пока процесс не закончится нормальным образом.
— Нормальным, — сказал Дрелларек с ухмылкой. — Вы имеете в виду, приступом безумия.
— Вы только посмотрите на это лицо! — засмеялся Ускинс. — Это мукетч, которого вам следует бояться, доктор. Он ненавидит вас. Дайте ему хоть пол шанса, и он всадит нож вам в живот.
