– Оставить знак твоим? – задумчиво проговорил он. – Ну что ж, это можно устроить.
Андес повернулся к подручным.
– Отрубите ему руки и ноги, – он кивнул в мою сторону. – Лицо не трогайте, пусть те, кто его найдёт, получат свой знак. А эту безделушку, – он достал амулет и небрежно покачал на шнурке, как маятник, – я, пожалуй, оставлю себе. На память. Вот демоны!
Ага! Порезался-таки. Ну ещё бы, только идиот так хватается за заточенные до состояния бритвы края. Что-то я думаю не о том. Меня же сейчас четвертуют, и дело с концом! Возомнил себя профессором красноречия. А все мой длинный язык! Ну что стоило помолчать? В глубине сознания принялся тихонько скулить прежний хозяин тела, пытаясь вырвать контроль. Мне стоило немало сил, чтобы удержать его в стороне.
– Не дело это, так с мальчонкой-то, – неожиданно прогудел Джок, набычившись.
Главарь резко развернулся и уставился на своего строптивого подчиненного, как будто ждал этого. Над его головой клокотала зловещая черная клякса.
– Джок, берегись! – крикнул я, понимая, что терять уже нечего.
Предупреждение запоздало: одного мгновения Андесу хватило, чтобы увернуться от могучего замаха. Он поднырнул под руку здоровяка и следующим движением выхватил клинок, которым он только что угрожал Валене, и по самую рукоять вонзил ее в бок бывшему подельнику. Джок развернулся, словно попытавшись отмахнуться от назойливой мошкары, его второй удар оказался страшным. К несчастью, вся сила ушла в пустоту: Андес вновь увернулся, ухитрившись полоснуть ножом под левым коленом противника. Нога бородача подвернулась, он попробовал удержать равновесие и не смог, заваливаясь на колено.
Андес сделал шаг ему за спину и приставил нож к горлу. Я в это время с бессильной яростью дергался в путах и что-то бессвязно рычал. Нож сделал резкий взмах, его траектория окрасилась алым, борода Джока пошла кровавыми пузырями. Его руки повисли вдоль большого туловища, взгляд уцепился за мое лицо. Глаза блестели, разум постепенно угасал в них, но он продолжал смотреть на меня, как будто требовал что-то.
– Он сдохнет! – заорал я что было сил, вытягивая вверх шею, чтобы не терять его взгляд.
Мне показалось, что губы мужика изогнулись в улыбке, глаза закрылись, и он рухнул лицом в траву, тяжелый, словно бронзовый памятник, сброшенный с постамента. Я потрясенно смотрел в его затылок, черные волосы поверженного гиганта трогал слабый лесной ветерок.
– Вот неблагодарная тварь, – рявкнул Андес, потрясая ножом, с окровавленного лезвия веером разлетались брызги. – Такой же урод, как и его ублюдочный сынуля.
Он оглянулся на второго бандита, в оцепенении замершего поблизости. Тот оторопело разглядывал неподвижное тело бывшего товарища по ремеслу.
– И ты туда же?! – взревел главарь, бешено вращая глазами.
– Нет, нет! – бандит выставил перед ним руки ладонями наружу, словно этот жест мог обеспечить ему защиту от смерти. – Что ты, нет!
Он так трясся, что заработал презрительный взгляд. Впрочем, ему, похоже, было плевать, потому что гордость оказалась смертельно опасным чувством. Бандит предпочитал жизнь собственному достоинству. Он продолжал бормотать одно и то же, пока Андес ни сплюнул.
– Падаль! – прохрипел он. – Вам всем пора преподать урок. Пошел отсюда, я сам все сделаю. Ни на кого нельзя положиться.
Бандита как ветром сдуло. Андес же повернулся ко мне, и злорадство проступило у него на лице. Похоже, его-то планы как раз исполнялись в точности. Он подошел ко мне и резкими взмахами перерезал путы, приковывающие меня к земле.
– Так даже интереснее, – пояснил он, ухмыльнувшись. – Посмотрим, что ты будешь делать, маленький инквизитор. Может, дать тебе нож?
– Ты сдохнешь, – пообещал я, растирая запястья.
– В твоей следующей жизни! – расхохотался Андес. – Мне ещё не приходилось выслушивать угрозы от такого сморчка. Это даже забавно. Ты все ещё не боишься?
Я не успел ответить на его вопрос – на кромке леса раздался крик, затем ещё один. В голосах, звучавших оттуда, слышались изумление и страх.
– Какого демона там творится?! – прорычал Андес, раздосадованно поглядывая в ту сторону, куда только что убежал оставшийся в живых напарник Джока.
– Полагаю, твоим подельникам не слишком пришлась по душе расправа над их товарищем, – теперь настала моя очередь злорадствовать.
В следующий момент из леса раздался звон оружия. Закричало сразу несколько человек. Кто-то отчаянно заверещал, через секунду захлебнувшись криком. Андес выругался так, что переводчик дал сбой, и резко, почти без замаха ударил безоружной рукой меня в лицо. Посыпались звезды, мир кувыркнулся, звуки стремительно отдалились, я понял, что падаю навзничь.
