— Конечно, — согласилась Люба. — Нам свободы не жалко.
— Тогда приходите к нам в студию, — пригласила ведущая, которая вторую ночь отмечала день освобождения от своего бывшего.
— В студию? — завопила Люба. — Уже идем!
Через час инвалиды были в радиостудии в районе Ленинского проспекта.
— Ы-ы-ы! — поприветствовала слушателей глухонемая Анжела.
— Кристина веселая, потому что Кристина сейчас котлету ела, — поделилась в микрофон счастьем Кристина-даун.
— Во чума! — сказала звукооператору веселая от горя по своему бывшему ведущая. — Слушай, это надо записать и завтра еще раз в эфир пустить.
— А я спою собственную песню, — предложила Люба. — О любви.
К утру компания прибыла в райотдел милиции.
— Куда же нам идти? — прошептала Люба, изучая перечень кабинетов.
«В первую голову к начальству иди, — подсказала коляска. И добавила, вспомнив наставления Ладиной лакированной сумочки: — Может, у него хорошенькая мордашка, так сразу общий язык найдем?»
— Верно, — согласилась Люба. И обернулась к друзьям:
— Ребята, идем на второй этаж.
— Чего-чего? — спросил начальник райотдела милиции Павел Квас, когда к нему в приемную ввалилась компания инвалидов.
— Видите ли, — вновь принялась объяснять Люба. — У нас нет денег, чтоб в обход закона в Москве зарегистрироваться, поэтому мы очень просим зарегистрировать нас бесплатно. Вы уж извините, что мы с пустыми кошельками к вам пришли, но сами видите, в каком мы положении.
— В самом деле, Павел Иваныч, кто только не лезет в Москву со своими погаными деньгами, — отложив толстую иглу, которой она шила дела, с жаром высказалась секретарша. — И прямым ходом — в милицию. Думают, мы тут за деньги мать родную продадим. Да за кого они нас принимают?! А тут люди — честь по чести пришли, с уважением.
— Сам вижу, — пробурчал Квас. — И внимательно посмотрел на Любу. — Выговор у тебя… Ты откуда?
Люба назвала свой городок на берегу Белого озера.
— Да ты что? — завопил начальник. — И я оттуда!
Он поглядел на Любину коляску.
— А ты Светлану случайно не знала, тоже колясочница? Спинальница?
Теперь пришел черед вопить Любе.
— Света? Спинальница? Это моя подруга!
— Да ты что?! — опять закричал начальник.
— А вы? — мелькнула у Любы догадка, когда она взглянула на табличку с именем на двери.
— Паша! — взмахнул рукой Квас.
— Механизатор широкого профиля? — радостно вспомнила Люба. — Света вам в армию писала?
— Писала, — затряс головой Квас. — Да вы чего стоите-то все? Заходите, рассаживайтесь. Выпить хотите? Я ведь благодаря Светлане в милицию попал, и в короткие сроки дослужился до звания подполковника.
— Правда? — обрадовалась Люба. — Выпить можно. Чаю.
— Что я, врать, что ли буду? Томочка, чаю… сколько чаю?
— Семнадцать стаканов, — отрапортовала Люба.
— У меня такой красивой девушки, как Света, никогда больше не было, — задумчиво признался Квас. — Присылает она мне в армию фотографию — артистка! Я приколол портрет на дверцу изнутри тумбочки. И в первый же вечер один старослужащий срывает эту фотографию и начинает издеваться, мол, будет тебя такая девочка ждать, да она сейчас с другим трахается, извиняюсь за выражение. Ну я этого деда и уделал! И деды с командирами так меня после этого зауважали, бешеным называли! Командир сразу сказал: да тебе в органы прямая дорога, с чистой душой даю рекомендацию от части на учебу в школе милиции. Уверен: не подведешь! Ну и такую характеристику мне выдал, мол, не посрамит, физически и морально силен и всякое такое. Меня в Москве с распростертыми объятиями в курсанты взяли. Параллельно участковым работать начал, прописку получил, квартиру служебную. Теперь вот — начальник райотдела.
— Паша, какой ты молодец, — охала Люба. — Светка бы тобой гордилась.
— Как, кстати, у нее дела? Ты ее давно видела?
— Год назад встречались. Она ведь замуж вышла, из города уехала.
— Черт, вот рад за нее! Ну, а ты как здесь оказалась?
— Вообще, приехала в шоу-бизнес поступать, я ведь певица. А конкретно сейчас — пришла с друзьями временную регистрацию получить. Можно это?
— Да никаких проблем! Томочка, вызови мне паспортно-визовую. Паспорта есть?
— Не у всех, — покачала головой Люба.
— Томочка, набери начальника приемника-распределителя и попроси от моего имени оформить задним числом размещение и выяснение личностей. Пусть подошлет кого-нибудь с бланками справок, а мы тут со слов инвалидов впишем их данные.
— Фотографии нужны, — подсказала секретарь.
— Скажи Кудрявцеву, пусть подготовит фотоаппаратуру, а ребята сейчас к нему подойдут по очереди. И пускай он их в порядке поощрения цифровой камерой щелкнет, а снимки срочненько в паспортно-визовую по сети перекинет.
— Будет сделано, Павел Иванович, — кивнула секретарша.
И погладила по голове Кристину-дауна, протянувшую за чаем третью пустую чашку.
