— Говоришь, обвинять своего гаденыша не будешь? — еще раз уточняет Дан и недоверчиво щурится. Не верит… Профдеформация, как без нее.
— Нет. Я же говорю, на спор дело было, — плету ему. — Эксперимент. Положит меня его паралич или нет… Я ставил, что не положит. Проспорил… А тут хозяйка больно много волнуется, всполошила всех… Бывает.
Я не собираюсь обвинять Сока. Все складывается один к одному, да, Герда? Благоволит нам с тобой все-таки Порядок…
Дан морщится и усиленно чешет затылок всей пятерней.
— Рисковый ты мужик, Тар. Эдак с ядовитым родом спорить, как бы без ног не остаться. Ты бы поберегся.
— Бережёный бык первым с копыт валится.
— Ну-ну, тебе про быков виднее. Так что, я выпускаю этих двоих?
Отрицательно качаю головой. У меня уже есть план.
— Ты вот что… — наклоняюсь к нему и говорю потише. — Можешь придержать? Пусть посидят до завтра, подумают. Проучить хочу немного.
Дан — Волк бывалый, просьбе не удивляется, только уточняет.
— И мису придержать?
«Особенно мису». Киваю.
— И мису… Она же в противомагической? Отлично… Пусть день посидит, может поумнее впредь будет. Вы же с ней нежно, как положено? — нарочито хмурюсь.
Следователь показывает ладони.
— Обижаешь… Пальцем не тронули. Я же не слепой, вижу, что девица добропорядочная, хоть и есть вопросы, если разбираться… Давняя знакомая твоя, говоришь?
— Да, — плету снова. — Друзья семьи. Знаю ее еще, когда под стол пешком ходила.
— Забавно, как на разыскиваемую похожа… Развелось рыжих, эпидемия что ли… Устали проверять, — сетует Дан. — Ну да ладно. А вот Змей твой! Представляешь, что сотворил?
Вспоминая Сокура, Дан закатывает глаза. Мне уже заранее смешно. Отлично знаю, что Сок непредсказуем.
— Что опять?
— Этот рыжий гад через окно разносчика ухватил. Ноготь с ядом ему к горлу приставил и заставил дверь открыть. К девушке мигом залез! Булку, говорит, решил ей свою отдать. Слава Порядку ничего не сделал, тут же сам обратно вернулся, даже дверь за собой закрыл. Каково?
От души хохочу. Проделка в духе Сокура. Дан разводит руками.
— Не знали от радости куда бить… Руки сломать очень хотелось, еле удержались. Начальство мечет, сидим вот правила переписываем… Как ты с ним работаешь?
Посмеиваюсь.
— Глаз да глаз нужен, — туманно сообщаю.
— Угу, и поводок.
Мы еще немного сушим зубы и прощаемся. После отделения я иду к Воронам. Там пишу и отправляю срочным вестником письмо. Оно предназначено Ему, верховному магу. Я пишу с отвращением, от того долго выбираю слова.
Отправляю письмо. Затем иду в гостиницу. По пути прикупаю Аринии цветы, приглядываю красивый платочек. Надо отблагодарить как положено…
Она встречает меня в том розовом платье. Надо же, как у Герды! Я думал, Ариния старше, а она оказывается, еще ничего, все при ней… Она же вдова вроде? Я присвистываю и шагаю к розовому облаку.
Заснула я рядом с Сокуром. Пусть между нами все еще стояла громада стены, но она почти не мешала, только подчеркивая, настолько близким Сокур стал мне казаться, а может, и вправду — стал быть.
Всю ночь снилось, что я маленькая девочка, которой достался кусок шарлотки, в которой было слишком много теста и слишком мало яблок. Я ревела. Меня пытались утешить и мама, и отец, и дедуля, а Демис ел свой кусок пирога, смотрел на меня, улыбался и от того было еще обиднее. Проснувшись в слезах, я не сразу осознала, где нахожусь.
— Утро, бездельники! Подъем! — по коридору шел дежурный, от души барабаня дубинкой по дверям. Досталось и моей.
