Кто-то новый полностью

– Поразмысли над этим, – настаивал Джулиан, прикручивая замок на дверцу. – Следующее занятие снова во вторник. Можем вместе пойти.

Звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой.

– А Хопкинс говорил серьезно?

– Стивен никогда не шутит, если речь об искусстве.

Кивнув, я расплылась в улыбке. Я еще не решила, действительно ли стоит посещать эти занятия. В это время у меня другая лекция – придется ее пропускать. Возможно, это разрушит мою и без того шаткую выдержку. Но я была счастлива уже от того, что такая возможность представилась.

– Вот и все. Теперь моя берлога, должно быть, самое безопасное место во всем Мэйфилде, – радовалась я, передавая Джулиану последнюю защитную заклепку, которую он приклеил к краю стола в гостиной.

Установка всевозможных видов защиты отняла больше времени, чем мы рассчитывали, но мой план по рассеиванию тоски Джулиана прошел как по маслу: за это время я не углядела на его лице и тени печали или беспокойства. Без устали мы болтали о самых разных пустяках. Немного посудачили про Хопкинса и его занятия, обсудили искусство, потом разговор плавно перетек к моим любимым комиксам и графическим романам. Я поведала Джулиану, каких же усилий мне стоила расстановка книг по полочкам. Дальше уже друг рассказал мне о «Доме над водопадом» – его втором любимом здании после Хабитата 67. Я постаралась запомнить побольше сведений, чтобы потом сообщить Эдриану.

– Почти самое безопасное место, – заметил Джулиан, поднимаясь с пола. – Не считая одной маленькой детали.

– Неужели? – Я огляделась, проверяя, не забыла ли что-то из покупок, но пустота в пакете из хозяйственного магазина подтверждала мои сомнения. – И что же?

Уперев руки в бедра, Джулиан кивнул в сторону крепости, занявшей добрую половину гостиной.

– Нужно убрать коробки.

– Ни за что на свете! – замахала я руками. – Линк будет в восторге от замка.

– Ну а вдруг Линк с разбегу врежется в него, и коробки завалят малыша?

– А такое возможно?

– Не знаю. Ты мне скажи.

Внимательным взглядом я обследовала крепость: не самая устойчивая конструкция за это время стала еще менее прочной. Некоторые ящики, еще пару недель назад совершенно целые, погнулись с той или другой стороны. Одну коробку я даже выдвинула – как в игре «Дженга»: думала отыскать там папку для рисунков. Я задвинула ее обратно, но, кажется, это не прибавило крепости надежности.

Тяжелый вздох – Джулиан прав, да и к тому же там есть действительно тяжелые коробки.

– Хорошо, но я соглашаюсь на это только ради безопасности Линка.

– Он оценит эту жертву. – Хлопнув рукой по плечу, Джулиан утешительно погладил меня по спине.

Тяжесть его пальцев разбудила бабочек в животе, и по всему телу разлилось будоражащее воображение тепло. Я представила, как он опускает руку ниже, до бедер, запускает ладонь мне под рубашку. Медленно ласкает каждый позвонок, подбираясь к застежке лифчика… По коже побежали мурашки, сердце быстро забилось – ну что же со мной делают одни только мысли о Джулиане!

Я подняла глаза – и встретилась взглядом с Джулианом, из-за чего вся затрепетала в десятки раз сильней. Если я вдруг наклонюсь и поцелую его – что он сделает в ответ? До сего дня я никогда не колебалась, делая первый шаг в отношениях с мужчиной, но и терять мне прежде было нечего. Я медлила в нерешительности, потому что не хотела рисковать нашей дружбой ради необдуманного поступка. Да, Джулиан уже давно признался, что я ему нравлюсь. Но пока не очень понятно, какой оттенок имело слово «нравлюсь»: дружеский или романтический. Готов ли он к тому, что из-за меня его жизнь станет сложнее? Одному как-то легче. Джулиан считал, что одиночество – лучший для него выбор, а каждая секунда, проведенная со мной, лишала его уединения. Мы так много времени провели вместе, может, он уже успел изменить свое мнение?

Из задумчивости меня выдернул голос Джулиана.

– Что такое? – Поймав мой взгляд, он пристально посмотрел мне в глаза.

Интересно, сможет ли Джулиан прочитать в них то, что терзало меня внутри? В глубине души я хотела, чтобы у него это получилось: так пришло бы избавление от сомнений, которые разрывали душу на части.

– Ты из-за крепости так разволновалась?

– Я… – никак не могла найти в себе силы произнести нужные слова. Да еще и в горле пересохло. Я готова была сказать Джулиану все – кроме того, чего хотела и что чувствовала. Поэтому избрала путь малодушия: шагнула в сторону. Его рука соскользнула с моей спины, а я выдала фальшивую улыбку, хоть и понимала, что теряю нечто очень важное.

– Я для начала уберу гирлянды, – хрипло промямлила я и как можно скорее проползла в крепость, чтобы Джулиан не успел разгадать мой маневр.