Торопливо я отсоединяла гирлянду, стараясь не думать о том, что сейчас произошло. Но долго мысли не удалось сдерживать. В памяти всплыла житейская мудрость: лучше сделать и пожалеть, чем не сделать и пожалеть. Раскаюсь ли я когда-нибудь в своем решении? Буду ли жалеть о том, что упустила шанс поцеловать Джулиана? Интересно, он вообще разрешил бы? Я этого даже не знала. Он никогда не намекал на что-то кроме дружбы. Если уж совсем начистоту, он и дружить-то со мной не хотел. Я сама навязалась. А чем он ответит, если я потребую что-то большее? Снова даст заднюю? Тогда я разрушу все, что мы так кропотливо создавали за эти месяцы.
Зарычав от разочарования, я дернула кусок скотча, на котором держалась гирлянда, да так сильно, что рукой треснула по стоявшей напротив коробке. От испуга я подскочила и больно ударилась локтем, отчего крепость опасно зашаталась.
– Зараза!
– У тебя там все нормально? – поинтересовался Джулиан, заглядывая в проем.
– Просто отлично! – судорожно улыбнулась я.
– Точно?
– Ага, надо только за руками следить.
– О’кей, зови, если помощь понадобится.
Кивнув, я освободила другие огоньки – из-за нахлынувших эмоций я не смогла даже оплакать потерю крепости. И вот я пропихнула гирлянды, одеяла и подушки через проем. Джулиан сдвинул их в сторону, и уже скоро мы разобрали мое сооружение – спустили на пол все коробки.
– Вещи сама распакую, тебе необязательно в этом участвовать, – сказала я, не смотря Джулиану в глаза и стараясь казаться как можно более равнодушной. Но как же можно сохранять холодность в его присутствии? Идея с поцелуем накрепко засела в мыслях, сознание уже начало проигрывать эту сцену, как в фильме: его руки на моем теле, наши губы соединяются… Перестань же мечтать об этом!
Джулиан прыснул со смеху.
– Будь это правдой, от коробок уже давно и следа бы не осталось. Да и быстрее вдвоем.
Запротестовать я не успела: Джулиан уже схватил ящик и принялся за дело как ни в чем не бывало. Он собирал все мои полки и шкафы, а значит, точно знал, что и куда поставить.
Мгновение я наблюдала за ним, любовалась игрой мышц под рубашкой, но потом, вздохнув, вытянула коробку с надписью черным маркером «Шмотки». Отнесла ее в спальню и занялась развешиванием вещей в шкафу. По большей части это оказались платья и блузки, которые мне покупала мама. Она рассчитывала, что я буду носить их по особым случаям – и это единственная причина, почему я не сдала это барахло в секонд-хенд. «Надеюсь, тебе понравится платье. Будет славно смотреться на предстоящем летнем празднике». «Только посмотри, какая же милая блузка! Надень на крестины малыша Вашингтона». «Этот пиджак идеален для семейного праздника. Как думаешь?» Да никак. Но я и не думала возражать, потому что не хотелось ругаться из-за одежды. И все же помаленьку размышляла: а не слишком ли часто я танцую под родительскую дудку. Не только безропотно надеваю, что скажут, но и в других вопросах уступаю. Может, они бы и не прогнали Эдриана, если бы боялись моей реакции.
– Мика? – раздался позади голос Джулиана.
Перепугавшись, я схватилась за сердце и резко обернулась. Даже пульс участился.
– Не подкрадывайся так!
– Прости, – засмеялся он. – Я тут нашел в какой-то коробке.
Он протянул мне билет.
Я взяла карточку и рассмотрела напечатанный логотип.
– «Высший пилотаж» – это любимая музыкальная группа Эдриана, – объяснила я, едва заметно улыбаясь. Мы купили билеты всего за неделю до его исчезновения. Сидели вместе перед компьютером и обсуждали, какие лучше купить: обычные или VIP, чтобы встретиться с группой после концерта. Он как раз будет в эту пятницу. – Я же совсем про него забыла.
– Пойдешь туда?
– Не знаю.
Как по мне, музыка «Высшего пилотажа» так себе: не то чтобы она плоха, просто вкус у меня совсем другой. На концерт я собиралась идти только ради Эдриана.
– Если вдруг захочешь продать билет, у меня есть друг…
– Ни за что! – перебила я Джулиана, прижимая заветную карточку к сердцу, как самое дорогое сокровище. – Я пойду!
Есть вероятность, что Эдриан не забыл про билет и явится на концерт. А может, и нет. Но я не прозеваю такой шанс.
Джулиан смотрел на меня с тревогой – ясное дело, боялся, что я возьму и разрыдаюсь, как тогда, в Оазисе. Но все же он ободряюще улыбнулся.
– Если ты права и Эдриан действительно тащится от группы, он не упустит возможность увидеть их вживую.
– Надеюсь, –
Не спуская глаз с билета, я прошла мимо Джулиана к прикроватной тумбочке. Осторожно положила его в ящичек, чтобы не потерять. И только тогда обернулась к Джулиану – он внимательно осматривал мою комнату.
Она сильно изменилась с того вечера, когда мы смотрели документальный фильм. Я повесила плакаты из «Книг плаща и кинжала» и белую магнитную доску, на которую крепила планы и эскизы к «Леди из ночных кошмаров». Пора бы уже начать историю – а ворох заметок мне в этом поможет. Не хватало, правда, главного: самой Леди из ночных кошмаров. Никак мне не удавалось передать на бумаге образ, не покидавший мысли.
