– А ты какую музыку слушаешь? – поинтересовалась я у Джулиана в надежде отвлечь его от доски. Я уверена и в рисунках, и в навыках, но просто терпеть не могу, когда люди разглядывают еще незаконченные работы.
– Да что угодно, – пожал плечами Джулиан.
Ненавижу, когда так отвечают.
– Никто не слушает все вперемешку. Какая у тебя любимая группа?
Задумавшись, он наклонил голову набок.
– Ну, наверное, Linkin Park.
– Это меня ни капельки не удивляет.
– Потому что все в моем возрасте Linkin Park слушают?
– Нет, зато я очень хорошо могу представить, как ты, будучи тринадцатилетним подростком, запирался в своей комнате, чувствуя себя непонятым всем миром. Может, ты даже глаза карандашом подводил и красил ногти черным лаком.
– Никогда в жизни не пользовался черным лаком, – фыркнул Джулиан.
– Но глаза-то красил?
Не произнеся ни слова, он сконфуженно отвернулся.
– Ни секунды не сомневалась, – рассмеялась я.
– Ну ладно, а ты? Что слушаешь?
– Сейчас больше Селену Гомез.
– Та, что с Диснея? – нахмурился Джулиан.
– Это было очень давно.
– Включи что-нибудь, послушаем.
Вытащив телефон, я запустила нынешнюю любимую песню Селены: Bad Liar. Как всегда случается, когда делишься с кем-то тем, что сильно любишь, я особенно остро прочувствовала песню и слова из нее. Текст словно отражал мои мысли и саму ситуацию, в которой я оказалась с Джулианом.
– Очень даже неплохо, – похвалил Джулиан, когда последние ноты угасли.
– Какая песня у Linkin Park тебе больше всего нравится?
– Waiting For The End.
Я отыскала ее в интернете и включила. Звучала знакомо, но вряд ли я догадалась бы, что это Linkin Park, услышав по радио. Музыка мало походила на рок, чего я не ожидала, зато текст напоминал о призраках прошлого, с которыми Джулиану, похоже, приходилось бороться. Добавив мелодию в плейлист, я включила все песни Linkin Park вперемешку.
Под музыку на заднем плане мы распаковали остальные коробки, рассовывая содержимое по случайным ящикам, просто чтобы бардак не помешал Линку. Потом еще будет время привести хаос к порядку. Но закончили мы с последней коробкой только к полуночи. Запихнув мусор в комнату, которой я пока не пользовалась, мы заперли дверь в нее.
– Вот теперь точно во всем Мэйфилде нет места безопаснее моей квартиры.
– По крайней мере, пока ты держишься от нее подальше.
– Ну чего ты! – возмущенно ударила я Джулиана по плечу.
Смеясь, он отклонился в сторону.
– Эй, я всего лишь говорю правду.
Я пригрозила ему угрюмым взглядом, но не смогла долго сдерживать улыбку. И тут до меня дошло, насколько же серьезно я влипла. Как же сильно заблуждалась. Надеялась – верила, – что смогу дружить с Джулианом, но нет: чувства слишком глубоки. Рано говорить о любви, но я еще ни к кому не испытывала такого влечения. Ни один человек прежде не дарил мне такой легкости. Джулиан не уничтожал разом заботы и проблемы, но рядом с ним они отступали на второй план, казались терпимее, несущественнее. Одно его присутствие говорило: ты справишься.
– Я, пожалуй, пойду. Уже поздно, – заметил Джулиан.
Провожая парня до входной двери, я лихорадочно пыталась придумать, как его задержать. Теперь не хватало лишь двух вещей: обувной полки и кровати. Но если мы возьмемся устанавливать их посреди ночи, проблем с соседями не оберемся.
На выходе Джулиан замер. Схватившись за дверную ручку, он обернулся ко мне. Улыбка исчезла, отчего красивые черты лица стали серьезнее. Сперва он молчал, лишь пронзительно смотрел на меня – казалось, его взгляд проникал до самых глубин души.
Сердечко забилось, как бешеное, еще и в горле пересохло. А может, он чувствует то же, что и я?
– Спасибо тебе, Мика.
Я вздрогнула от неожиданности.
– Разве не я должна благодарить?
– Я знаю, ты сделала это для меня, – покачал головой Джулиан. – Мне на самом деле нужно было чем-то заняться. Ты спасала меня целый день.
Он наклонился вперед, и на краткий миг показалось, что он хочет меня поцеловать. Но его прикосновение я ощутила не на губах, а только на щеке. Но, так или иначе, меня с головой накрыла горячая волна. Тепло, разлившееся подобно лесному пожару, воспламенило каждую клеточку. На мгновение я даже забыла, как дышать. Щетина Джулиана оцарапала кожу, и я уловила его запах – какой же у него запах! Манящий, как аромат теплого шоколада.
– Спасибо, – прошептал Джулиан мне в ушко, и я поняла, что снова ошиблась. Кажется, самое время говорить о любви.
– Нашла! – заорала я, переполошив весь магазин.
Некоторые даже укоризненно посмотрели на меня, а одна пожилая женщина, объятая ужасом, пришла в крайнее негодование. Возмущенно она покачала головой, будто никогда прежде так сильно не разочаровывалась.
– Где? Показывай же, – возникла из ниоткуда Ализа. Выдернула из моих рук журнал, едва я успела снять его со стеллажа. Не медля открыла оглавление и, лихорадочно пролистав страницы, отыскала наконец желаемое.
