Старик прокричал петухом в третий раз.
В дверь постучали.
Алехандро замер. Хотел выключить сериал, но не стал, неохотно поднялся, подошел к двери и оглянулся на меня.
– Одеться? – зачем-то спросила я.
Алехандро оглядел меня, послал мне воздушный поцелуй и открыл дверь.
Я выбежала в спальню, в гостиной послышался какой-то шум. Я не нашла платье, просто обернулась цветастым покрывалом.
Когда я вернулась в гостиную, там уже все кончилось. Двое полицейских надели на Алехандро наручники, выкрутив ему руку назад, третий стоял с ржавым пистолетом наготове, а полицейский постарше, очевидно начальник, дымил сигарой.
– Я даже не успел пожать тебе руку, – сказал ему Алехандро.
– Я обойдусь, – был ответ.
Амая вышла в гостиную, оглядела всех, вращая сонными глазами, и не проронила ни звука.
– Амиго, ты выбрал самый неудачный момент. Это моя любимая девушка. – Педро посмотрел на меня. – Давай решим проблему, как старые знакомые?
– Твою проблему можно решить только одним способом, – ответил полицейский, указав головой на дверь, – тюрьмой.
Алехандро посмотрел на сестру. Подошел ко мне и поцеловал меня в губы. Долго, долго, долго.
– Жди меня, – сказал он и вышел вместе с полицейскими.Я даже не успела спросить, что случилось. Все казалось мне каким-то нелепым розыгрышем.
В гостиной повисло тяжелое облако сигарного дыма. Амая молчала. Я надеялась, что Алехандро сейчас вернется.
– Что случилось? – Я старалась произносить английские слова четко, в надежде, что она поймет. – Почему полиция? – Она скупо отвечала по-испански, но понять я ничего не могла и только механически повторяла: – Он вернется? Скажи мне, он вернется?
Она курила и молча кивала, звонила куда-то по телефону, с кем-то о чем-то говорила.
Конверт с тысячей евро так и остался лежать на диване. Рядом с кремом против грибков. Я подобрала с пола крышечку от крема, закрутила.
Всё бессмысленно. Жизнь бессмысленна.Приехали Ариэль с женой, сказали, что отвезут меня в отель. Я села в их облезлый двухдверный «Понтиак Фаерберд».
К машине подошел седой старик с дредами. Петух у него в руках время от времени хлопал крыльями. Старик долго говорил с женой Ариэля. За что-то благодарил, о чем-то сокрушался. Все, что я поняла из их слов – Педро взяли «за бизнес», а меня отвезут в аэропорт.
– Мне надо поменять дату вылета на ближайшее число.
– Сестра, мы решим любую твою проблему, – ответил Ариэль.В представительстве «Аэрофлота» меня уже приняли как родную. Всего за семьдесят куков дата вылета была снова изменена, на этот раз на ближайший рейс. «Сегодня», – твердила я. И разглядывала огромную картину, которая висела за стойкой менеджера, возившейся с моим билетом. Эта нелепая картина врезалась мне в память: обнаженная девушка спит на кроваво-алом волнистом покрывале, утопая в его складках. У нее на спине сидит черный петух с алым гребнем. Точь-в-точь такой же был у нищего утром. Петух клюет тело спящей девушки.
