Не успел Аньелли разлить шнапс, как зажужжал зуммер радиопередатчика. Он схватил наушники и подтвердил, что вызов услышан. Почти минуту молча слушал, затем сказал:
– Да, они глуповаты. И у них нет выбора. Вы полагаете, что маленькое доказательство не помешает? Перезвоните мне через минуту. – Он снял наушники. – Ну, кто вызовется нажать кнопку?
Добровольцев не нашлось.
– В таком случае я предлагаю это сделать вам, господин Данилов. Вы подготовили заряды, и, конечно, вас мы и будем винить, если они окажутся отсыревшими или, наоборот, если дворец рухнет. Так что вы лучшая кандидатура. Тогда мы все будем ни при чем, в то время как вы…
Ему было не суждено закончить предложение. Ван Эффен нажал на кнопку, и менее чем через две секунды раздался взрыв. Он был приглушенным, словно его произвели под водой, но по звуку можно было безошибочно понять, что это именно взрыв. Любой человек в километре от дворца мог его слышать. Площадь перед дворцом содрогнулась. Ван Эффен взял бутылку из безвольных рук Аньелли, сидевшего с полуоткрытым ртом и отсутствующим выражением лица, и налил себе шнапсу.
– Кажется, я могу себя поздравить. Взрыв достаточно громкий, но стены дворца стоят по-прежнему. Все как обещано. За мое здоровье!
– Великолепно! – радостно сказал Аньелли, на лицо которого вернулась его обычная улыбка. – Великолепно, господин Данилов! И после такого грохота – никаких разрушений. Невероятно!
– Возможно, немного вина было пролито на скатерть в королевском дворце, – махнул рукой ван Эффен. – Излишняя скромность мне несвойственна, это не в моем характере, но сегодняшний взрыв – просто пустяк. В следующий раз, если у нас с вами будет следующий раз, пожалуйста, дайте мне что-нибудь посложнее.
– Следующий раз будет обязательно. Это я вам обещаю. И задача действительно будет немножко посложнее. Это я вам тоже обещаю.
Аньелли замолчал и выпил немного шнапса. Остальные, взволнованные и довольные, повернулись к ван Эффену, чтобы его поздравить. В этот момент снова зажужжал зуммер, и Аньелли поднял руку, требуя тишины.
– А, так вы его тоже слышали, да? Очень, очень неплохо! Господин Данилов – человек слова. – Примерно минуту Аньелли молча слушал, потом сказал: – Да, я согласен. Я сам об этом думал. Совершенно случайно… Спасибо. Тогда до десяти часов.
Положив на место наушники и микрофон, он откинулся на спинку сиденья:
– Ну, теперь можно и расслабиться!
– Вы, конечно, можете расслабляться, – недовольно заметил ван Эффен. – А я – нет. Если вы отсюда не уедете, то я уйду.
Он сделал движение, собираясь встать, и озадаченный Аньелли поймал его за руку.
– Что случилось?
– Со мной ничего не случилось. Просто у меня, как я вам уже говорил, слишком обострен инстинкт самосохранения. Как только полиция придет в себя, она тотчас же начнет расспрашивать всех, кто находится поблизости от дворца. Я абсолютно уверен, что микроавтобус с восемью странными личностями, припаркованный на площади в проливной дождь, будет их первой мишенью. – Движением плеча ван Эффен сбросил руку Аньелли и встал. – У меня глубокое отвращение к полицейским допросам. Преступник – а мы здесь все преступники – должен быть полным идиотом, чтобы оставаться на месте преступления.
– Сядьте, прошу вас. Вы, конечно же, правы. Это было глупо с моей стороны. Никогда нельзя терять бдительность. Хельмут!
Падеревский, явно совершенно согласный с ван Эффеном, тотчас же включил двигатель, и микроавтобус тронулся.
Все вернулись в комнату, которую совсем недавно оставили. Аньелли упал в кресло.
– Спасибо вам, милые дамы, большое спасибо! Да, шнапс будет в самый раз. Теперь, господин Данилов, мы можем расслабиться.
– Мы сейчас, конечно, в большей безопасности, чем были на площади. Но расслабиться? Что касается меня, то нет. Мы все еще слишком близко. Инстинкт? Явная трусость? Не знаю. Так или иначе, но у меня сегодня еще назначена встреча. На девять тридцать.
Аньелли улыбнулся:
– Вы были уверены, что успеете?
– У меня не было никаких оснований сомневаться в этом. Нет, не совсем так. Я никогда не сомневался, что подготовить этот взрыв будет несложно. У меня были серьезные сомнения в вашей способности провести нас внутрь и вывести обратно. Просто раньше у меня не было возможности убедиться в вашем выдающемся организаторском таланте. Больше я в вас не сомневаюсь.
– Так же, как и мы в вас – после сегодняшнего представления. Я уже упоминал возможность постоянной работы с нами. Теперь я вам эту работу гарантирую. Если вы не передумали.
– Конечно не передумал. Сегодня вы получили бесплатную демонстрацию. Теперь я предпочел бы постоянную занятость.
– Именно об этом я и хотел бы поговорить. Думаю, теперь вы заслужили право на наше доверие.
Ван Эффен молча посмотрел на него, отпил глоток шнапса и улыбнулся:
