– Мне трудно поверить! – ответил ван Эффен. – А у них тут есть система сигнализации?
– Есть, и великолепная, как мне говорили. Но безопасность – понятие относительное. Нет такой системы сигнализации, в которой нельзя было бы найти брешь. Возьмите для примера Букингемский дворец. Считается, что там система сигнализации – одна из лучших в мире. И все же в прошлом году туда несколько раз проникали не слишком интеллигентные люди с довольно низким коэффициентом умственного развития. Проникали просто потому, что им так хотелось. Ну, господин Данилов, теперь ваша очередь.
– Одну минуту. Вы не могли бы открыть для меня эту дверь, если у вас есть ключ?
Ключ у Аньелли был. Ван Эффен достал рулетку и измерил толщину стены.
– Как вышло, что эти подвалы совершенно пустые? – спросил он.
– Они не были пустыми еще несколько дней назад. Здесь все было изрядно завалено архивами, мебелью и всяким хламом, который в подобных помещениях накапливается годами. Не то чтобы нас беспокоила сохранность этой антикварной рухляди, но мы вовсе не хотим спалить дворец дотла.
Ван Эффен молча кивнул и вышел в сопровождении Аньелли, чтобы подняться на один пролет вверх и измерить толщину межэтажного перекрытия. Вернувшись в подвал, он посчитал что-то на бумажке и объявил:
– Придется использовать всю взрывчатку. Стены здесь толще, чем я ожидал. Но взрыв получится достаточно громким, вы будете довольны.
– Всегда приятно наблюдать за работой специалиста, – заметил Аньелли.
– Удовольствия не больше, чем наблюдать за работой квалифицированного каменщика. Ему требуется пять лет, чтобы достичь мастерства. Я тоже учился не меньше.
– Я полагаю, что есть разница – уронить кирпич или уронить детонатор, – не согласился с ним Аньелли.
– Квалифицированный специалист никогда ничего не роняет, – возразил ван Эффен и ненадолго задумался, потом спросил: – Насколько я помню, вы говорили, что у вас есть запасные ключи от тех подвалов, через которые мы прошли?
– Я действительно это говорил, и они у меня есть.
– Значит, войти сюда никто не может?
Аньелли отрицательно покачал головой.
– Так. Я закончил, – сказал ван Эффен.
Обратный путь прошел без приключений. Менее чем через десять минут после того, как ван Эффен вставил детонатор во взрыватель, Аньелли и его спутники припарковали машину позади слабоосвещенного микроавтобуса.
Когда они вышли, из темноты к ним приблизилась какая-то фигура. Подошедший обратился к Аньелли:
– Все в порядке?
– Никаких проблем, Джон.
– Спокойной ночи.
Мужчина сел в полицейскую машину и уехал.
– Еще одно подтверждение хорошей организации дела. Просто великолепно! – похвалил ван Эффен.
Все пятеро людей, которых братья Аньелли и ван Эффен оставили в комнате неподалеку от улицы Вурбургвал, теперь сидели в микроавтобусе, рассчитанном на четырнадцать человек, который на самом деле оказался гораздо больше. Ван Эффен и Ромеро Аньелли сели на широкое заднее сиденье.
Ван Эффен спросил:
– Можно узнать, как долго и чего именно вы собираетесь здесь ждать?
– Конечно. – Последние несколько минут Аньелли улыбался больше обычного. Он явно был очень доволен. Пока они находились во дворце, он не выказывал никаких признаков напряжения, но напряжение, естественно, было. – Честно говоря, я и сам точно не знаю. Определенно не более двадцати минут. Но первым делом мы должны соблюдать осторожность: возможно, поблизости есть не замеченные нами полицейские. Леонардо, лови!
Он бросил что-то своему брату, потом встал и натянул на себя длинный серый плащ. Снова сел, просунул руку под сиденье и вынул оттуда нечто похожее на радиопередатчик. Щелкнул выключателем, отчего загорелась красная лампочка, достал наушники и повесил их на колено, потом достал микрофон, штекер которого был вставлен в передатчик.
– Извините, что заставляю вас ждать, – сказал он, почти извиняясь. – Но я, в свою очередь, должен дождаться звонка.
– Еще одно свидетельство организованности. Причем совершенно восхитительное. Но все еще есть один аспект, где ваша организация несовершенна.
– Это неизбежно, – улыбнулся Аньелли. – И что же это за аспект?
– Отсутствие в автобусе обогревательных средств.
– Это недосмотр. Мария!
– Возьми там, возле радио.
Аньелли протянул руку под сиденье и не без усилий вытащил большую плетеную корзину, которую поставил на сиденье между собой и ван Эффеном. Он открыл крышку, и взору лейтенанта предстала прекрасно упакованная корзина с провизией.
– А что вы думали, господин Данилов! Корзинка для школьного пикника. Если у нас нет обогревателя, мы, по крайней мере, можем подогреть себя изнутри.
Содержимое корзины действительно позволяло это сделать. Кроме двух рядов блестящих рюмок и пакетов с бутербродами, аккуратно завернутых в целлофан, там было несколько бутылок.
– Мы предполагали, что, возможно, сегодня вечером нам захочется что-нибудь отпраздновать, – снова сказал Аньелли, почти извиняясь. – Мне кажется, у нас есть чем. Хотите шнапсу, господин Данилов?
– Я снимаю свои замечания по поводу недостатков организации, – улыбнулся ван Эффен.
