– Леди Сьюзан, – поправил меня дядя Артур; сложно наделить равнодушный голос холодным упреком, но у него это легко вышло. – Конечно, я знаю лорда Кирксайда. – Тон дяди Артура означал, что было бы удивительно, если бы он его не знал. – И если я могу ошибаться насчет сэра Энтони, то поставлю сто фунтов против одного, что лорд Кирксайд совершенно не способен на бесчестное поведение или незаконное действие.
– Я тоже. Он очень принципиальный человек, я бы сказал, но явно на стороне добра.
– А что представляет собой его дочь? Никогда с ней не встречался.
– Очень современная особа. Одета на современный лад, изъясняется по-современному: я крутая, я все знаю, я могу о себе позаботиться, спасибо. На самом деле она совсем не крутая, просто милая старомодная девушка в новомодной одежде.
– Значит, они чисты. – Дядя Артур, казалось, выдохнул. – Тогда получается, среди подозреваемых остается экспедиция, несмотря на твои насмешки в их адрес, Макэхерн и охотники на акул. Я полагаю, надо отправиться за охотниками на акул.
Как по мне, так пусть дядя Артур отправляется куда угодно. Лично я полагал, что пора пойти на верхнюю палубу, о чем и сказал ему.
– Как ты думаешь, скоро они появятся?
– Думаю, да, сэр. Мы выключим свет в кают-компании. Будет очень странно, если они заглянут в иллюминаторы и никого не увидят. Мы включим свет в двух каютах и на корме. Это лишит их возможности ночного видения. Кормовая палуба будет залита светом, но перед гостями будет кромешная тьма. Мы спрячемся в темноте.
– Где именно? – В голосе дяди Артура звучала неуверенность.
– Вы расположитесь в рулевой рубке. Двери рулевой рубки закреплены на петлях и открываются наружу. Слегка удерживайте ручку изнутри. Если почувствуете, что ручка очень медленно и бесшумно поворачивается, значит это точно наши гости. Подождите, пока дверь чуть-чуть не приоткроется, а затем изо всей силы ударьте правой ногой ниже дверной ручки. Если не сломаете нос посетителю и не перекинете его за борт, то, по крайней мере, ему понадобится вставная челюсть. О других гостях я позабочусь сам.
– Каким образом?
– Я буду находиться на крыше кают-компании. Она расположена на три фута ниже зоны, освещаемой кормовым огнем. Даже если наши друзья появятся с носовой части и подойдут со стороны крыши рулевой рубки, то не увидят мой силуэт на фоне включенных огней.
– А что ты собираешься делать?
– Я взял прекрасный ключ Стилсона в машинном отделении и обернул его тряпкой, им и огрею наших гостей. Он отлично справится со своей задачей.
– Может, нам просто ослепить их фонариками и приказать поднять руки вверх? – Дядя Артур явно не хотел следовать предложенному мной плану действий.
– Нет. По трем причинам. Во-первых, это очень опасные, беспощадные люди, которых не следует предупреждать. Конечно, совсем не в спортивном духе и все такое, но поможет нам выжить. Во-вторых, почти наверняка у них имеются бинокли ночного видения, направленные на «Файркрест» прямо сейчас. В-третьих, звук отлично перемещается поверх воды, сегодня ветер дует в направлении Торбея. Под звуками я имею в виду выстрелы.
Он ничего не ответил. Мы заняли позиции и стали выжидать. Сильный дождь не прекращался, а вместе с ним продолжал дуть западный ветер. На этот раз дождь меня не беспокоил, поскольку на мне был комплект непромокаемой одежды. Я просто лежал, распластавшись на крыше кают-компании и периодически разминая пальцы рук, в правой руке – ключ Стилсона, в левой – небольшой нож. Гости появились спустя пятнадцать минут. Я услышал мягкое касание резины о наш правый борт – со стороны, где находилась дверь рулевой рубки. Я потянул за веревку, которую, привязав к руке дяди Артура, пропустил через заднее окно рулевой рубки.
Посетителей было всего двое. К этому моменту мои глаза успели идеально свыкнуться с темнотой, и я легко разглядел очертание первого человека, поднимавшегося на борт под тем местом, где лежал я. Он закрепил фалинь и стал ждать своего товарища. Затем они вместе двинулись вперед.
Тот, кто шел впереди, мучительно закашлял, когда дверь, как мы выяснили позже, угодила ему прямо в лицо. Мне повезло меньше: второй мужчина с кошачьей реакцией припал к палубе, когда ключ Стилсона должен был опуститься ему на голову. В результате я ударил его то ли по спине, то ли по плечу, а затем повалился на него сверху. В руке он держал пистолет или нож, и если бы я потратил долю секунды, выясняя, в какой руке и что именно он держит, то распрощался бы с жизнью. Поэтому я нанес удар левой рукой, и он остался лежать неподвижно.
Я прошел мимо второго человека, который стонал у шпигатов, проскочил мимо дяди Артура, задернул шторы и включил свет. Затем вышел из кают-компании, кое-как протащил стонущего через дверь рулевой рубки, вниз по ступеням кают-компании и бросил его на ковер. Я не узнал его. Это и не удивительно, его бы не узнала ни родная мать, ни жена. Дядя Артур свято верит в то, что работу нужно выполнять ответственно и качественно, теперь с его легкой руки пластическому хирургу придется потрудиться над этим бедолагой.
