– Да. Причем хорошую. Я рассказал им о важной конференции ЮНЕСКО в Женеве, приостановленной из-за отсутствия некоего доктора Спенсера Фримана. И эта информация подтвердится во всех сегодняшних газетах. Доктор Фриман отсутствует на конференции, потому как нам так нужно. Конечно, никто об этом не знает. На «Шангри-ла» я сказал, что его присутствие – вопрос национальной важности, что мы получили информацию о том, что доктор Фриман отправился на полевые исследования в Торбей и что правительство прислало меня сюда за ним.
– Зачем вы в таком случае отпустили катер? Это может показаться странным.
– Нет. Все вполне логично. Если ученый находится в каких-то дебрях Торбея, я его точно не отыщу до рассвета. Еще я сказал, что для доктора Фримана организован вертолет. Стоит мне позвонить, как он окажется здесь через пятнадцать минут.
– И конечно, вы не знали, что телефонные линии оборваны. Это сработало бы, не появись вы на «Файркресте» на спасательном катере
– После вылазки на «Шангри-ла» у нас не осталось никаких сомнений относительно наших друзей, ведь так?
– Да, сэр. Вы видели реакцию титулованного брокера лорда Чарнли? Вдобавок он еще и аристократ!
– Полагаю, Калверт, не стоит делать скоропалительных выводов, – холодно произнес дядя Артур.
– Да, сэр. – Я достал костюм для подводного плавания из кормового рундука и направился вниз. – Мое падение в воду не было случайным. Я это подстроил. Забыл сказать, что сделал глубокую V-образную метку тем вечером, когда цеплялся за руль судна. На тендере «Шангри-ла» имеется глубокая V-образная метка. Это та же самая метка и то же самое судно.
– Понятно. Теперь все ясно.
Дядя Артур сел на диван и холодно взглянул на меня голубыми глазами, на одном из которых красовался монокль.
– Ты забыл предупредить меня о том, что собирался сделать.
– Извините, сэр. – Я начал переодеваться в сухое. – Я просто не подозревал, что вы такой хороший актер, сэр.
– Принимаю этот комплимент. Значит, теперь у тебя не осталось никаких сомнений.
– Нет, сэр. Просто лишний раз убедился в том, что и так знал. Помните того смуглого мужчину, который сидел рядом с Лаворски, того, кто спросил меня, умеет ли Ханслетт плавать. Держу пари, что он не присутствовал во время обеда на «Шангри-ла».
– Так и есть. Но откуда ты это знаешь?
– Потому что этот человек командовал людьми, которые сбили вертолет и убили Уильямса, а затем поджидали меня, чтобы доделать начатое. Его зовут капитан Имри. Именно он был капитаном призовой команды «Нантсвилла».
Дядя Артур кивнул, но думал о чем-то другом. Как оказалось, думал он о костюме для подводного плавания, который я надевал.
– Что ты, черт побери, собираешься делать с этим?!
– Я бы сказал, что это заблаговременное предупреждение о намерениях, сэр. Это не займет много времени. Я собираюсь на небольшую вылазку на «Шангри-ла». Точнее, на ее тендер. С небольшим устройством слежения и пакетом сахара. С вашего позволения, сэр.
– Калверт, может, ты еще что-то забыл мне сказать? Например, о том, что трап «Шангри-ла» оказался без освещения не случайно?
– Мне хочется добраться туда до того, как освещение восстановят.
– Не могу в это поверить. Просто не могу поверить. – Дядя Артур покачал головой.
На мгновение мне казалось, что он восхитился той скоростью, с которой я вернулся с тендера «Шангри-ла» без каких-либо инцидентов, но его следующие слова показали, что думал он о чем-то более важном и возвышенном:
– Тони Скурас, должно быть, замешан во всем этом по горло. Здесь скрывается что-то похуже. Просто не верится. Боже правый! Ты знал, что его имя значится в списке тех, кому будет присвоен титул пэра в следующем году?
– Так скоро? Мне он говорил, что ожидает снижения расценок.
Дядя Артур ничего не ответил. При других обстоятельствах он воспринял бы мои слова как смертельное оскорбление, поскольку сам автоматически станет пэром при выходе на пенсию. А сейчас он никак не отреагировал. До того он был потрясен!
