– Нет. Погодите. Надо подумать. Проблема в том, что даже Пентагон испытывает трудности с получением информации с этой базы ВВС, расположенной, по-видимому, где-то в Джорджии. На самом деле в Пентагоне сами виноваты, хотя трудно ожидать, что они с этим согласятся. Они внушили высшему офицерскому составу всех четырех служб настоящую страсть к абсолютной секретности, и теперь никто не готов рассказывать что-либо без разрешения командира базы ВВС, капитана корабля или кого-либо еще. В данном конкретном случае старший офицер, к большому огорчению Пентагона, поддался человеческой стороне своей натуры и взял отпуск на двадцать четыре часа. Никто не знает, где он.
– Получится немного неудобно, не так ли, сэр, если война начнется в ближайшие полчаса? – заметил ван Гельдер.
– Нет. База в полной боевой готовности. Но жесткие правила, касающиеся разглашения секретной информации, все еще не смягчились.
– Вы бы не сидели здесь, сэр, если бы они не поделились хоть какой-то информацией, – сказал Тэлбот.
– Разумеется. Сведения, которыми они поделились, расплывчаты и неполны, но все они очень, очень плохие. В одном рапорте говорилось, что на борту двенадцать единиц ядерного оружия, в другом речь шла о пятнадцати. Ракеты это или бомбы – не разглашалось. Но выяснилось, что это были водородные устройства, каждое из которых имеет чудовищный мегатонный диапазон, от двенадцати до пятнадцати мегатонн. Также самолет нес две более традиционные атомные бомбы.
– Думаю, я нарушу самоограничение и тоже выпью виски, – сказал Тэлбот. Полминуты прошло в молчании, затем он тихо произнес: – Мне и во сне такое не могло бы присниться.
– Во сне? – переспросил Грирсон. – Лучше скажите, в ночном кошмаре!
– Сон или кошмар – для нас это будет не важно, когда мы полетим через стратосферу по испаряющейся орбите, – изрек лейтенант Денхольм.
– Давайте поговорим о водородной бомбе, доктор Викрам, – сказал Тэлбот. – Может ли она взорваться самопроизвольно?
– Самопроизвольно – нет, такое невозможно. Президент Соединенных Штатов должен нажать одну кнопку, человек на месте – другую. Радиочастоты различаются настолько сильно, что шансы на то, что кто-то случайно наберет правильную комбинацию, – миллиард к одному.
– Есть ли шанс, пускай миллиард к одному, что эта комбинация попадет к Советам?
– Ни малейшего.
– Вы говорите, что взорваться сама по себе она не может. Есть ли другой способ, какие-либо внешние средства, чтобы она все же взорвалась?
– Я не знаю.
– Означает ли это, что вы не хотите говорить или что вы не уверены? Доктор Викрам, сейчас не время играть словами.
– Я не уверен. Если поблизости произойдет достаточно мощный взрыв, может случиться симпатическая детонация. Мы просто не знаем точно.
– То есть такая возможность даже не рассматривалась? Эксперименты не проводились?
– Надеюсь, что нет, – сказал лейтенант Денхольм. – Если бы такой эксперимент оказался успешным, мне бы хотелось в этот момент находиться милях в тридцати от него, а лучше в сорока.
– Это только один из моментов. – Доктор Викрам впервые изобразил улыбку, но она получилась невеселой. – Откровенно говоря, мы не предполагали, что такая ситуация может когда-либо возникнуть. Вероятно, мы могли бы провести подобный эксперимент без тех радикальных последствий, о которых говорит лейтенант. Мы могли бы взорвать очень маленькую атомную бомбу рядом с другой. Даже заряда обычного взрывчатого вещества рядом с небольшой атомной бомбой было бы достаточно. Если бы взорвалась маленькая атомная бомба, то же самое произошло бы и с водородной бомбой. Общеизвестно, что именно цепная реакция в атомной бомбе запускает реакцию синтеза в водородной бомбе.
– Есть ли в водородной бомбе какой-нибудь часовой механизм, предназначенный для отложенного взрыва? – спросил Тэлбот.
– Никакого. – Категоричный тон доктора Викрама не оставлял места для споров.
– По словам вице-адмирала Хокинса, на борту затонувшего самолета имелись обычные атомные бомбы. Могли ли они быть снабжены часовыми механизмами?
– И снова я не знаю. Не моя сфера деятельности. Но не вижу никаких причин, почему бы этого не было сделано.
– Для какой цели?
– Понятия не имею. В царстве предположений, капитан, ваши догадки ничем не хуже моих. Единственное, что мне приходит в голову, – это мина, морская мина. Думаю, так можно аккуратно избавиться от любого проходящего мимо авианосца.
– Вы слишком мелко копаете, – заметил ван Гельдер. – Водородный фугас аккуратно уничтожит любой проходящий мимо боевой флот.
– Чей проходящий флот? Один из наших? В военное время, как и в мирное, моря открыты для всех.
– Кроме Черного моря. И не в военное время. Но это немного притянуто за уши. Как можно активировать такую мину?
– Мое невежество и на этот раз сильно вас разочарует. Я ничего не знаю о минах.
