– Отправим лодку – разумеется, на веслах, – чтобы поставить самолет на якорь.
– А если и он оборвется?
– Мы проткнем плавучие мешки и затопим самолет. Нельзя позволить ему дрейфовать как попало и ждать, что он всех нас взорвет, как только какой-нибудь корабль подойдет к нам на расстояние слышимости.
– Но если он затонет там, мы не сможем никуда отсюда двинуться.
– Нельзя заполучить все сразу.
– Согласен, – сказал Хокинс. – У Монтгомери нет другого выхода. Когда он начнет?
– В любой момент. Вы бы с ним поговорили. Я сказал, что вы наверняка согласитесь, но мне кажется, он хотел бы услышать это от вас.
– Хорошо, – кивнул Хокинс. – Что с прогнозом погоды?
– Ухудшается. Есть ли новости из Вашингтона, от ФБР или из Ираклиона?
– Ничего. Лишь куча полной чуши от различных глав государств, президентов, премьер-министров и так далее, которые в первое мгновение выражают нам сочувствие, а в следующее спрашивают, почему мы ничего с этим не делаем. Хотелось бы знать, как эта новость просочилась.
– Не знаю, сэр. И более того, мне плевать.
– Как и мне. – Хокинс указал на бумаги, лежащие у него на столе. – Хотите их почитать? Они не знают, что тиканье прекратилось.
– Я не хочу это читать.
– Я и не думал, что вам захочется. Что вы собираетесь делать дальше, Джон?
– Прошлой ночью я мало спал. Вполне возможно, что не смогу выспаться и этой ночью. Так что теперь самое время поспать. Сейчас мне больше нечего делать.
– Блестящая идея. Последую вашему примеру, когда вернусь с «Килхаррана».
Когда около шести часов вечера Тэлбот покинул свою временную каюту и прошел на мостик, небо было таким темным, что казалось, будто наступили глубокие сумерки. Ван Гельдер и Денхольм ждали его на мостике.
– При такой погоде, – заметил Тэлбот, – я уже могу сказать: «Сторож! сколько ночи?»[31] Ну что, все идет гладко и все под контролем, пока Дрейк спит в своем гамаке?[32]
– Мы не сидели сложа руки, – ответил ван Гельдер. – Как и капитан Монтгомери. Бомбардировщик находится примерно на расстоянии кабельтова к юго-востоку. Прыгает на волнах – ветер уже шесть-семь баллов, но, кажется, пока все держится. Капитан Монтгомери повесил на самолет прожектор, точнее, шестидюймовую сигнальную лампу, то ли чтобы убедиться, что он не оторвался от нас, то ли чтобы помешать недовольным захватить его. Хотя трудно представить, откуда здесь может появиться кто-то достаточно глупый, чтобы сделать такую попытку. Я не советую вам выходить на крыло мостика, чтобы лично убедиться. Вас может смыть.
Предупреждение ван Гельдера было излишним. Дождь, падавший с черного свинцового неба, напоминал проливной или тропический ливень, тяжелые теплые капли отскакивали от палубы на шесть дюймов.
– Я понял вашу мысль. – Тэлбот посмотрел на коричневый металлический ящик, лежащий на столе. – Что это?
– Voilà! – Денхольм ухватился за вделанную сверху ручку и сдернул крышку с замашками фокусника, демонстрирующего публике свой последний невероятный трюк. – Pièce de résistance![33]
Предполагаемая панель управления в верхней части ящика, напоминающая довоенное радио, была на редкость невзрачной и старомодной, с двумя калиброванными циферблатами, несколькими ручками, кнопкой и двумя оранжевыми стеклянными полусферами, выведенными на поверхность.
– Я так понимаю, это тот самый критрон, – сказал Тэлбот.
– Именно. Троекратное «ура» президентам. Данный конкретный сдержал свое слово.
– Отлично. Действительно отлично. Будем только надеяться, что у нас появится шанс использовать его, скажем так, при оптимальных обстоятельствах.
– Оптимальных – то самое слово, – сказал Дэнхольм. – Это очень простое устройство с точки зрения использования. Внутри оно, наверное, чертовски сложное. Данная конкретная модель – могут быть и другие – работает от батареи в двадцать четыре вольта. – Он коснулся кнопки пальцем. – Я нажимаю на нее – и привет!
– Если вы хотели заставить меня понервничать, Джимми, вы вполне преуспели. Уберите палец с этой чертовой кнопки.
Денхольм несколько раз нажал кнопку:
– Батарея вынута. Мы об этом позаботились. Никаких проблем. А под этими оранжевыми полушариями два переключателя, которые, согласно инструкции, нужно будет повернуть на сто восемьдесят градусов. Смотрите, тут все устроено с расчетом на беспечных клоунов вроде меня. В качестве дополнительной меры предосторожности эти полушария не откручиваются. В инструкции сказано, что достаточно одного резкого удара легким металлическим предметом – и они рассыплются. И опять же это сделано с расчетом на таких людей, как я, на случай, если мы захотим открутить верхнюю часть. Понимаете ли, прибор разработан для одноразовой операции. Единственный раз, когда эти переключатели будут открыты, – это непосредственно перед нажатием спусковой кнопки.
– Когда вы намерены подсоединить батарею?
