По зелёному пространству микрорайона мирно гуляли бабушки с внуками. Сгруппировавшись стайками, беседовали соседи. Где-то громко звали кошку, залезшую на дерево. Кошка откликалась, душераздирающе мяукала. Текла обычная дворовая жизнь и только у неё, Ани, не всё, как у людей: война и проблемы. Она почувствовала себя изгоем и глубоко несчастной. На неё косились, наверняка заметили, что босиком и вся не своя. Соседи шушукались, кивая в её сторону головами. Значит, информация просочилась, знают.
На тропинке появился одетый в костюм высокий парень в галстуке и белой рубашке, что-то спросил. Ему показали, тыча пальцем в её окна. Сердце у Ани заныло: и этот к ней. Всеобщий ДЕНЬ ОТКРЫТЫХ ДВЕРЕЙ. К другим сегодня никто не ходит.
Тут, наконец, подступил страх. Хотелось спрятаться, зарыться головой в песок на детской площадке, слиться с ним, потерять цвет и форму. Она нашла лавочку, села и, чтобы чуток успокоиться, стала вспоминать по порядку события сегодняшнего длинного дня.
С утра всё складывалось наилучшим образом. Она, наконец, «добила» магазин, в котором твёрдо пообещали, что привезут недостающий в гарнитуре ящик. Мебель Аня купила год назад, но один ящичек никак не хотел садиться на место. Его меняли несколько раз. В первый – он был слишком широк и не просовывался, во второй – слишком узок и западал, гулко проваливаясь в пустоту. Злополучный ящик никак не могли подобрать по размеру. Гарнитур стоял собранный, но не весь, частями, в нём на всю его ширину зияла беззубая пустота. Магазин обещал дефект устранить, и периодически выполнял обещание, но упрямый ящик упорно не хотел садиться на место. Аня атаковала менеджеров и продавцов. В зеркальном магазине она чувствовала себя неуверенно и как бы просительно клянчила. На неё мало обращали внимания. За мебель уплачено, теперь она не клиент, а вечно ноющее недоразумение. Её отправляли за справками на склад. «Склад» объяснял по телефону, что где-то там, на мебельном заводе в другой области, уже переделали станки под другие размеры и её ящик никак невозможно подогнать. Голос был приятно-мужской и без лишних телефонных раскланиваний узнавал Аню. Она звонила не часто, раз в квартал. Голос, последняя инстанция в запутанной цепочке «производитель-магазин», действовал на неё успокаивающе.
Процедура примерки нового ящика проходила тоже очень странно. Его привозил большой мебельный фургон, разворачивался во дворе, не вписывался, ломал под домом декоративный кустарник. Из фургона выходили трое-четверо дюжих парней в синих форменных комбинезонах и кепках с логотипом фирмы. Эскорт нёс ящик и чемоданчик с инструментами. Сосредоточенность, сила и мощь на лицах и в бицепсах.
После неудачной примерки фургон уезжал, оставляя в недоумении всех соседей в округе. «Сколько она может покупать мебели, скажите? И за какие деньги?»
Сегодня обещали с ящиком и примерками покончить. Осчастливленная, Аня поворковала со «складом». Он тоже выразил уверенность, что никогда её больше не услышит. Даже во сне она не посмеет шептать ему на ухо про ящик, дефект и что-то ещё такое неприятное и неэротичное. Они обменялись комплиментами и распрощались.
Второе важное дело, назначенное на одно и то же время, касалось бюро технической инвентаризации. Ровно с трёх до четырёх ей привезут ящик и придут из БТИ. Постояльцы должны быть в квартире с деньгами и ждать. Расчёт.
Аня проснулась в хорошем настроении. «Всё устраивается», – подумала она и как бы сама себя сглазила.
У неё на квартире жили двое парней, обычно там находилось их значительно больше: пятеро, шестеро человек, которые покатом лежали на ковре и тихо цедили пиво при наглухо зашторенных окнах, как будто пивопитие – это преступление и надо скрываться. В кресле, как страж, сидела невзрачная девчонка и тоже молчала. «Она что у них одна на всех?» – думала Аня и жалела бедную некрасивую девочку.
Парни возвращались домой поздно. Это не нравилось соседям этажом ниже. Они на них жаловались и говорили, что у ребят подозрительный внешний вид. Аня на их реплики не реагировала, потому что соседям не нравились и мешали все её арендаторы подряд, но с облегчением вздохнула, когда ребята объявили, что через две недели съезжают. Как раз за этот период они должны ей сегодня заплатить. Полный расчёт и был третьим делом, за которым она сюда и пришла.
На звонок в дверь никто не отвечал, потом явился один из квартирантов с другом. Сегодня ребята были возбуждены. Они ссорились, но Аня не вникала. Лезть в чужие дела – не её удел. Они любезно пропустили её в дом, и ушли на кухню обсуждать что-то важное. Аня осталась в комнате в обществе большого попугая. Он сидел в просторной высокой клетке и косился на неё. К попугаям ребята явно питали страсть.
