О докторе наук Звереве дед узнал, занимаясь поисками врагов Родины. Их список в Пастухово возглавлял Пригожин. От него и потянулись ниточки к НИИ микробиологии. Поначалу он намеревался ликвидировать источник опасной информации, но сила интуиции заставила деда Трофима повременить. Увидев воочию Михаила Ивановича, дед Трофим испытал сильное потрясение. Как будто каждая капля его крови вдруг закипела. Владея профессиональными навыками подавлять эмоции, дед Трофим справился с этим чувством. Подсев к «человеку с железными нервами», дал полезные советы, первые пришедшие ему в голову. Только теперь дед Трофим убедился, что как в воду глядел. Пусть с охотой-рыбалкой чушь нагородил, но как попал, с одёжкой-то, в десятку!
Пока Зверев торчал в тайге, дед Трофим носом пробороздил всю почву его окружения. И командир отряда СМЕРШ нашёл, что искал. Отряды эти давно расформированы, но их командиры на вечном боевом посту.
По мере сбора информации дед Трофим всё больше убеждался в силе своей интуиции. Докопавшись наконец до сути и корней потенциального врага, он испытал настоящую радость. Душа ликовала и радовалась. Мало того, что отвёл беду от незадачливого учёного, так ещё и нашёл внучатого племянника! Каково? На старость лет, когда ни одного живого родственника не осталось.
Но эмоции — вред чекисту. Поэтому дед Трофим решил ничего не говорить Звереву. Первым делом, нужно спасти жизнь родственника, противостоя нехилой организации. Окопавшиеся враги выжили всех профессионалов, включая мало-мальски способных чекистов. Остались в основном сволочи, но из них ещё многие владели мастерством. А племяшу взбрендило выдумать какую-то формулу, за которой открылась настоящая охота. Судьба изобретателя гильотины известна всему миру, но каждый талантливый оболтус наступает на те же грабли. Дед Трофим мало понимал в генетике, но суть открытия Зверева ему была понятна. Если гильотина отрубала башку, то эта дрянь вышибала волю. И надо же было именно его внучатому племяннику выдумать такое!
Недолго поогорчавшись за судьбы мира, дед Трофим взялся за спасение единственного родственника. Вычислив примерный маршрут Зверева, дед Трофим обосновался на одной из лесных заимок. Терпеливое ожидание способно победить любой напор времени. И дед Трофим дождался Зверева. Он дал немного отдохнуть и поесть Михаилу Ивановичу. Затем, избавившись от датчиков в одежде Зверева, повёл родственника прочь от надвигающейся беды.
— Так что, дед, нам-то как быть? — спросил Сергей.
— Вам, Сергуня, пора смазывать пятки и рвать когти, — прошептал дед Трофим, склонившись к уху пацана. Его серые глаза сверкнули так, что парню расхотелось шутить.
— Нас зачистят? — шёпотом спросил он, поддавшись настроению деда.
— И где ты таких слов нахватался? — с нарочитой грозностью нахмурил брови дед Трофим. Сказал он громко, так что рыжий, сидевший у печи, оглянулся.
— Всё нормально! — сказал Сергей. — Петро, позови-ка Вальку!
Рыжий кивнул и вышел из избушки.
Дед Трофим разглядывал тёмный потолок, закоптившийся от дыма из полуразваленной печи. Сергей посмотрел туда же. В дальнем углу он заметил что-то блестящее.
— Ваша икона?
— Нам-то зачем? — Сергей удивился, как до сих пор не замечал иконы, висевшей в тёмном углу под самым потолком.
Дед Трофим молча придвинул табурет к обшарпанной стене, поднялся на него и снял икону в серебристом окладе, сунул её во внутренний карман распахнутой фуфайки.
— Дед Трофим, ты верующий?
— Так, как ты сказал? Вас зачистят? — дед провёл ладонью перед лицом, словно смахнул невидимую паутину. — Это как? Убьют что ли?
Сергей вздрогнул.
— Рыжего послал стукнуть? — спросил дед, улыбаясь.
Сергей поёжился от такой улыбки. А дед Трофим сунул руку за пазуху. Сергей дёрнулся в сторону. Дед Трофим, не обращая на это внимания, медленно вынул руку, и парень увидел в его ладони икону в серебристом окладе.
Старик повернул лик к огню в печи. Блики тотчас заиграли, изображение прояснилось на глазах. Сергей, раскрыв рот, наблюдал, как на закопчённой доске прорисовывается образ Божьей матери. Она стояла во весь рост и держала руки ладонями кпереди, словно останавливала кого-то. Дед покрутил образ как зеркальце. Багровые блики огня заскользили по замусоленной столешнице. Сергей заворожено смотрел. Дед Трофим повёл отражённым лучом по стенам. На потолке возле лампочки луч замигал. Когда Дед Трофим направил огненный зайчик к патрону, он сразу потух. Повернув икону в руке, дед убрал луч на потолок — вновь заиграл зайчик.
Дед Трофим влез на табуретку, открутил лампочку. Он взял нож и ковырнул в юбке патрона. Подставив ладонь, дед поймал блестящий диск с отверстием посередине. Показав Сергею мини-камеру, бросил её в огонь.
— Тебе придётся идти с нами, — сказал дед Трофим, убирая иконку.
— В самом деле? — вскинул брови Сергей. Губы его дёрнулись, насмешливой гримасы не получилось.
— Собирайся! — сказал дед и направился за фанерную перегородку.
