— Нет у императора, значит, у нас будет. Ты пожестче с ними. Чем бы воин не занимался, лишь бы зае…ся, — добавил князь под хохот окружающих. Тут еще не знали старую армейскую мудрость. — Времени оставляешь только на поесть, на поспать и помыться. Из первой тагмы лучших отбери и десятниками поставь. Ну, а лучших десятников сотниками сделаешь. Как вернусь, лично мне отчитаешься за каждого бойца. И постарайся негодных сам выгнать. Если мне их придется выгонять, то я подумаю, что ты зря свой хлеб ешь. Подними записи, что мы с тобой делали, и ни на волос от них не отступай. Воинский Устав ратники наизусть знать должны.
— Я справлюсь, ваша светлость, — склонил голову Деметрий, который понимал всю тяжесть поставленной задачи. Ведь то, что велел сделать князь, в этом мире прочно забыли еще лет двести назад. Легенды о дисциплине в римских легионах оставались только легендами. В армии Империи уже столетия большая часть воинов набиралась из варваров. А последние императоры Запада и вовсе считали, что римлянам в войске нечего делать, потому что боялись мятежа. — Но предупреждаю сразу, воины будут очень недовольны.
— Куда воина ни целуй, везде жопа, — князь познакомил соратников с еще одной истиной эпического масштаба, и те замолчали, пытаясь осмыслить новое знание, свалившееся на их многострадальные головы.
— Теперь о главном, — снова заговорил Самослав. — Княжество слишком большим становится, и людей в нем много. Нужно, чтобы у нас порядок в делах был. Каждый из вас свой чин получит и тот набор дел, за которые передо мной ответ будет держать.
Соратники посмотрели на него непонимающе. Они любое дело готовы исполнить, что князь поручит. И только в глазах Деметрия понимание боролось со страхом. Не могло быть такого в словенском княжестве! Ну, просто не могло, и все тут!
— Ты, Лют! — сказал князь. — Назначаешь главой Земского приказа. Ты ведаешь пашнями, покосами, ремеслами, выделением скота и инструмента. Жупаны подчиняются тебе в мое отсутствие.
— Ты, Збыслав, — Самослав посмотрел на Збыха, который даже покраснел от удовольствия. — Ты главой Денежного Приказа станешь. На тебе подати, торговля, сборы с купцов, продажа и добыча соли. Казна тоже на тебе. В счетоводы Любаву возьмешь, она толковая.
— Теперь ты, Деметрий! — посмотрел князь на ромея. — Ты будешь легатом, командиром легиона. Которого у нас пока нет, — хмыкнул князь. — Но скоро будет.
— Горан! Ты станешь главой Приказа Тайных дел. Ты следишь за владыками, вечевыми старцами и нашими жупанами. Кто и что болтает, кто чем недоволен, кто заговоры плетет.
— Да могу не справиться, княже, — почесал бороду Горан. — Боятся меня людишки-то, не будут мне душу открывать.
— Не будут — согласился князь. — Для этого я тебе Звана придам. Никто о том знать не должен, но сбор сведений на нем будет. Купцы, коробейники, сплетники — ничем и никем брезговать не нужно. Все, кто «слово и дело» скажет, прямо к тебе, Горан, должны идти, и дознание тоже на тебе будет. Если кто-то явным разбоем будет заниматься, ты тех смертью казнишь. А вот Зван людей слушать станет, да рыть дальше, словно крот свою нору, чтобы до истины докопаться. Когда я вернусь, мы это наладим вместе. Тут работы на долгие годы…
Все склонили головы, признавая мудрость молодого князя. Но и беспокойство появилось немалое. Это же, если каждый точно знает, чем заниматься должен, то и вина тоже вся твоя. И не отвертишься…
И вновь род покойного владыки Буривоя.
Городище, окруженное покосившимся тыном, напоминало муравейник. Полусотня ратников из дулебов, взятых в войско после битвы, разбирала все строения, что были расположены внутри стен. Те, кто здесь жил раньше, переезжал в посад, который новый жупан размечал вместе с одним из воинов. Чудное дело творилось. Все дома от ворот на выстрел из аварского лука теперь удалены. Они ровными линиями строились, а между ними дороги получились. А еще князь повелел, чтобы между теми домами не менее двадцати шагов было. Это он огня опасается. Внутри стен останутся только ратники жить со своими семьями. А, учитывая, что пришли сюда молодые парни, и все сплошь холостые, в женской половине рода началось что-то вроде легкой, но очень приятной паники. Из соседних вервей, как бы невзначай, то одна бабенка придет, то другая. А то и отцы, у которых дочери на выданье, решали, что вот именно сейчас им непременно нужно в город сходить, за солью. И не беда, что по лесным буеракам надо полсотни верст отмотать. Соль, она в хозяйстве штука нужная…
Жупан Драгомир взялся за дело всерьез. Ратники стучали топорами, ладя новый терем для высокого начальства, и полсотни изб, где они с семьями жить будут. Тут, на аварской границе, князь повелел пограничную заставу ладить, и здесь они служить будут, за свой труд жалование солью и зерном получая. Как обустроятся, то сразу начнут засеки делать и наблюдательные вышки ставить. Князю видение от богов было, что аварского набега нужно ждать. А тут с такими вещами никто и не думал шутить. Такой шутник и дня бы не прожил.
