Митя снова вышел на набережную. Он брел неизвестно куда, его мысли занимали обложки старых библиотечных книг. В основном Митя брал американскую переводную фантастику: с переплетов смотрели инопланетные монстры и грудастые женщины в откровенных доспехах. Страницы бывали слипшимися. Тогда он проглатывал эти романы залпом, сейчас же, наверное, они показались бы ему слишком наивными, пафосными, плохо написанными, но ценности в них были правильные, это точно. Он толком не помнил содержания, но чувствовал: именно эти романы сформировали его взгляды на жизнь. Поставили перед нравственным выбором и в конце концов привели сюда. Истины о добре и зле, почерпнутые из неуклюжих текстов в кричащих обложках. Их авторы писали: «Мириться со злом невозможно. Если не можешь его победить, то беги».
В последние месяцы перед эмиграцией Митя с тревогой вглядывался в лица коллег, знакомых, приятелей. Все время всплывал сюжет фантастического рассказа Филипа Дика про инопланетян, которые похищают жителей маленького провинциального городка. Инопланетяне убивают людей, принимают их вид, а трупы выбрасывают на помойку. И вот Мите все чаще казалось, что его окружают эти подменыши. Их лица, безвольные и мечтательные, выражали готовность принять и понять все что угодно.
Недавно Мите написал бывший начальник, редактор отдела «Общество» Игорь. Поздравил Митю с д/р. Поздравление Игоря было душевным, но и слегка ироничным. Было ясно, что он воспринял Митину эмиграцию как инфантильную, не вполне адекватную выходку взрослого мужика. Впрочем, Игорь все равно искренне пожелал ему всего наилучшего, куда бы Митю ни забросило дальше по пути детских причуд.
Около полугода назад Митя опубликовал пост в фейсбуке[1], в котором было короткое заявление всего из двух слов. Этому заявлению предшествовало несколько черновиков многословного «манифеста» по поводу текущего положения. Но формулировки, казавшиеся в момент написания хлесткими, бойкими, после прочтения выглядели претенциозными, какими-то просто дешевыми. Все-таки в героической позе он выглядел чересчур неуклюже и поэтому решил ограничиться самой простой универсальной формулировкой. Просто позиция, и она такова. Несколько друзей отписались, несколько лайкнули, никто не прокомментировал. Придя на работу, Митя поймал пару заинтересованных взглядов. Прошло какое-то время, и он запостил фото руин разбомбленных домов с подписью «ужас». Потом сразу же удалил. Потом запостил опять. Тогда Игорь написал ему в личку: «Зайди на минуту».
Игорь сидел за огромным дубовым столом, величественный и недосягаемый. С завитыми усами, мужественным строгим лицом Игорь напоминал белого офицера. Пока Митя усаживался, Игорь энергично помешивал какао в стакане – с таким видом, как будто проводил научный эксперимент. Митя был настроен решительно, его переполняли уверенность и благородный гнев. Все утро в ванной он репетировал реплики: героические, очень литературные. Он был готов к резким движениям, громким словам.
– Ты знаком с учением дао? – спросил Игорь, перестав болтать ложкой в стакане.
– В общих чертах.
– Всякий, кто говорит, что знаком с дао, явно не в курсе, о чем говорит.
– Ага.
– Но, как я себе это представляю, суть дао в том, чтобы быть в потоке.
– Следовать по течению.
– Это не одно и то же. Иногда быть в потоке – значит следовать против течения. Иногда. Но суть в том, чтобы улавливать естественное движение вещей. Нет ничего хуже, чем пытаться нарушить это естественное движение. – Тут Игорь сделал глоток и аккуратно вытер губы платком. – Либо ты плывешь в потоке, либо поток накрывает тебя с головой. Я бы сравнил этот поток с ледяной лавиной.
Митя почесал голову, посмотрел в окно. Он не знал, что сказать: готовился к чему-то совершенно другому.
– Как думаешь, можно пробить лбом бетонную стену? – спросил Игорь.
– Смотря каким лбом.
На Митю навалилась усталость. Он понял, что все закончено.
– Я лучше просто напишу заявление.
Игорь одарил Митю слегка удивленным взглядом и, как показалось, тут же забыл о нем. Стал что-то быстро писать на беспроводной клавиатуре. Митя молча встал и пошел в отдел кадров за бланком.
Игорь написал Мите еще раз, спустя несколько дней, предложил удаленную работу. Минимум напряжения, зарплата нормальная – администрировать телеграм-канал. Что-то связанное с инновациями. «Я знаю, лишние деньги тебе не помешают», – написал Игорь. Все-таки он хороший мужик. Даос.
Яша, который играет по утрам (и по вечерам, и, увы, по ночам) заунывное кантри, живет в том же «Гранд форчуне». Он носит клетчатое пальто, раздувшееся, утратившее форму из-за дождей. Яша тоже много гуляет по набережной вопреки непогоде: бледный, потерянный, он двигается бессознательно, как носимый ветром пакет. Сотни таких же бледных, потерянных «хороших русских» ежедневно бродят по улицам городка, но их маршруты никогда не пересекаются. Каждой улице – по своему бледному и потерянному «хорошему русскому», который ищет приличный кофе навынос.
