— У неё нет и мысли принять его предложение. Они совершенно не подходят друг другу, не то чтобы Баярда это волновало. Она просто тянет время.
Затем она прищурилась, добавив:
— Ей нужен кто-то совсем не похожий на барона. Кто-то, кто сможет ставить её и Дарроуленд на первое место.
Его зверь зарычал внутри при намёке, что он не умеет заботиться о своей паре, но Хакон подавил этот порыв. Фиа сказала не это — хотя её слова было почти так же трудно проглотить.
— Он действительно представляет для неё опасность? Разве его не следует заключить в темницу за измену?
Хакон не мог представить, чтобы вождь Кеннум или даже лорд Меррик стерпели подобную наглость. Но Баярд и не посмел бы выступить против них. Он увидел возможность, когда Эйслинн оказалась уязвима, и решил этим воспользоваться.
Хакон позаботится о том, чтобы барон пожалел об этом.
— Вряд ли он причинит ей вред, — ответила Фиа. — Она ему нужна. Хотя это не мешает ему вести себя невыносимо.
Её недовольное ворчание вызвало у Хакона одобрение.
— А его люди?
— Угроза для всего, что дорого моей госпоже, — Фиа перестала взбивать подушку и серьёзно посмотрела на него. — Она всегда ставит свой народ на первое место, и они любят её за это. Они будут защищать её и её права до конца.
Уши Хакона покраснели, но он осмелился признаться:
— В моём сердце она тоже на первом месте.
Фиа медленно кивнула.
— Хорошо. Она заслуживает не меньшего.

— У вас моё слово, мэр Догерти, что все рыцари будут вести себя безупречно, — заверила Эйслинн расстроенного мэра Дундурана. Как избранный представитель народа, он был обязан докладывать семейству Дарроу о проблемах горожан, особенно внезапных или срочных.
Догерти — добродушный мужчина с лысой головой, выдающимся брюшком и, как он сам выражался, «чертовой кучей внуков» — бросил на Баярда недовольный взгляд. Барон стоял в стороне, надменный и высокомерный. Всё время встречи у него было такое выражение лица, будто он съел что-то кислое.
Эйслинн уже перешла грань раздражения — слухи о том, что рыцари Баярда каждую ночь буянят, пристают к женщинам, пугают скот и даже пьяными скатывают бочки в реку, выводили её из себя. Судьба, как вообще функционирует Энделин, если Баярд позволяет своей свите вести себя как избалованным юнцам?
Эта мысль еще больше ожесточила Эйслинн против барона — и не добавила уверенности, что капитан Аодан сумеет настроить достаточное количество его людей против Баярда.
— Пожалуйста, пришлите мне список всех, чье имущество пострадало. Барон Баярд с радостью возместит ущерб.
Баярд подавился возмущением, бросив на нее яростный взгляд, прежде чем вновь обрести невозмутимость.
— Да, полная компенсация, — сквозь зубы произнес он.
Догерти вздохнул.
— Ладно. Хотя лучше бы в этом вообще не было нужды. Народ и без того встревожен обилием незнакомых вооруженных людей.
— Я лишь стремлюсь обеспечить безопасность нашей наследницы, — заявил Баярд. Эйслинн задалась вопросом: то ли он не осознает, насколько поддельная у него улыбка, то ли пытается добиться чего-то иного.
Догерти фыркнул, явно не впечатленный, и повернулся к Эйслинн. Его сухая, морщинистая рука взяла ее ладонь и дружески потрепала.
— Есть какие-то вести от вашего отца?
Эйслинн почувствовала, как затылок закололо от внезапного интереса Баярда.
— Нет, пока ничего, — солгала она. — Но на дорогах сейчас такая распутица
Догерти кивнул.
— Будем надеяться, его миссия увенчается успехом и он скоро вернется, — еще раз мрачно окинув Баярда взглядом, мэр склонил голову. — Благодарю за прием, миледи.
— Вы всегда желанный гость, мэр Догерти. Передайте самые теплые пожелания вашей супруге и всем двумстам внукам.
— Ха! — рассмеялся старик. — Да их уже все пятьсот, не меньше!
Эйслинн улыбнулась, прощаясь взмахом руки, пока мэр, опираясь на трость, вышагивал из главного зала. На сердце стало чуть спокойнее — её народ был стойким, они выдержат любые испытания. Лгать мэру Догерти и жителям Дундурана было неприятно, но пока не находилось достаточно веской причины сеять среди них тревогу.
Когда она узнает больше — расскажет им сама.
А сейчас нужно разобраться с тем, что в её силах.
Резко повернувшись к Баярду, она нахмурилась, словно прицеливаясь. Удивительно, как ночь страстной любви с её кузнецом и крепкий сон могут придать бодрости. Эйслинн чувствовала себя настолько воодушевлённой, что смерила барона оценивающим взглядом, решая, как лучше его проучить.
— Держите свою компанию в узде, Баярд. Они не в отпуске и не имеют права терроризировать людей.
— Неужели вы правда ничего не слышали от нашего дорогого лорда Дарроу?
Вопрос застал Эйслинн врасплох.
Сжав губы, она ответила:
— Если бы вести были, я бы сообщила подданым.
— Неужели? — Баярд скользко улыбнулся и начал медленно обходить её по кругу. — Возможно, вы бы так и поступили, если бы его возвращение было близко. Но что, если он не возвращается? Или задержался? Сообщили бы вы им тогда?
