Путешествие в Уимблдон было лишь передышкой, завершением одного этапа перед началом другого. С той поры не прошло ни минуты, чтобы они хоть на шаг не приблизились к общей великой цели. Вечерами они подводили итоги, обсуждали новые планы. Отношения стали проще. И каким бы дорогим ни было для Марианы воспоминание о Центральном корте, она так до конца и не поняла, что именно тогда между ними произошло.
Шэй вечно внушала ей, что нужно больше общаться, доверять людям – как будто весь смысл ее жизни заключался в том, чтобы подтолкнуть Мариану к иному способу существования. Слышала бы она сейчас их разговор! Покатилась бы со смеху…
– Ну конечно! – ответила Мариана. – Я тебе доверяю.
Она вошла в маленькую гостиную и, к своему удивлению, не обнаружила на столе привычной груды коробок с ресторанной едой.
– Ты уже ел?
– Нет. Был слишком занят.
Он откинулся назад и, шумно потянувшись, рассмеялся:
– Видишь, какой я непредсказуемый!
– Чем еще удивишь?
– Помнишь, в архиве у Беккета были засекреченные результаты испытаний? Мне все никак не удавалось их скачать. Даже Дэвид не справился.
– Помню, – ответила Мариана, думая о том, что придется сегодня самой выбирать блюда на ужин. Ничего не поделаешь.
– Так вот, я все-таки придумал, как их скачать, и…
– Мы вместе придумали, – перебил ассистент.
Если бы у Дэвида было лицо, то на нем появилась бы сейчас едкая усмешка.
– Ты вводил не те параметры, – наябедничал Дэвид, – а за меня не беспокойся. Мне любой набор данных по зубам.
– Да-да, все получилось благодаря Дэвиду, – поправился Картер, выразительно кашлянув. – Это он подкинул мне парочку переменных.
Картер взял в руки планшет. На экране в диалоговом меню ждал ответа мигающий курсор.
– Вот смотри. Хочешь, попробуем сделать кое-что нелегальное?
– Мне запрещено проводить незаконные операции, – сообщил ассистент.
– Да я шучу, Дэвид, – успокоил его Картер, отчаянно строя гримасы Мариане. – Сам подумай: как операция может быть незаконной, если у меня есть логин доктора Беккета?
Раньше Мариана считала себя законопослушной гражданкой. Да и здесь, в этом замкнутом круге, где не бывает последствий, она ни за что не решилась бы всерьез кому-нибудь навредить. Но обойти бюрократические препоны… почему бы и нет? Она подняла большой палец вверх.
– Хорошо, тогда начнем! – кивнул Картер и дотронулся до планшета.
Мариана наблюдала издали, как экран меняет цвета, бросая отблески на лицо Картера.
– Я буду занят некоторое время, – предупредил ассистент.
– Счастливо, Дэвид.
На экране появилась статусная строка и медленно поползла слева направо.
– Скажу, пока не слышит: в прошлом году я нашел способ, как отключать ингибитор процессов у Дэвида, чтобы он позволял мне обрабатывать любые наборы данных. Задачу себе хотел облегчить… Видишь, как теперь пригодилось? Да я просто гений! Эх, видели бы мать с отцом.
Он расхохотался. Мариана уже привыкла к его язвительным замечаниям в адрес родителей. Подобные колкости часто не имели никакого отношения к происходящему, но постепенно обнажали перед ней внутреннюю тревогу и ранимость Картера.
Помолчав, она спросила:
– Но почему?
– Что? – переспросил Картер, не глядя на нее.
– Почему ты всегда ругаешь родителей?
– Ну знаешь же, какие старики бывают, – отмахнулся он. – Вечно чем-нибудь недовольны.
Мариана не спорила, что есть люди, которые не ладят со старшими в семье. Однако в голосе Картера ей послышалась нешуточная обида.
– Шэй была моей лучшей подругой с тех пор, как мы познакомились. Благодаря нашей дружбе моя мама встретила ее отца. Они поженились. Когда Шэй пропала, мы с родителями смогли пережить потерю только благодаря друг другу, – тяжело вздохнула она и, помолчав, добавила: – Поэтому я не понимаю, о чем ты говоришь.
– А твои слушают тебя?
– Мама слушает. Да и отчим тоже.
– Значит, не все потеряно, – сухо ответил Картер; тема явно задела его за живое. – Просто некоторые старики упрямы. И злопамятны. Вот я о чем говорю.
Конечно, проще всего было бы сменить тему – вернуться к расследованию или заказать ужин в дорогом ресторане. Но Мариана видела, что Картер страдает из-за отношений с родителями, и хотела помочь.
– Я никогда не говорил тебе, но… за день до того, как я попал в петлю, мне исполнилось тридцать три.
– Правда? Мм… С днем рождения!
– Да брось ты… Кажется, уже сто лет прошло. Но перед днем рождения я удалил номера родителей из списка контактов и настроил телефон так, чтобы не получать сообщения с неизвестных номеров. Хотел спокойно отпраздновать, – усмехнулся он. – Теперь в начале каждого повтора петли приходится сбрасывать настройку. Этакий ритуал практически…
– А ты не пробовал поговорить с родителями о своих чувствах?
– Ты что, смеешься? – приподнял бровь Картер.
– Нет, серьезно. Попробуй. Скажи им, что они упрямые и злопамятные люди и что ты по горло сыт их придирками.
Она указала на планшет, в котором шла тщательная обработка данных.
