Большого успеха они не добились, но такой метод позволил различить в данных Беккета три отдельные закономерности. В чем они заключались, было неясно. Мариана предложила сосредоточить анализ на структурной устойчивости. Иными словами, проигнорировать ускорение частиц и выяснить суть поломки, ставшей причиной ужасного взрыва.
Однако Картер не мог сосредоточиться. Он отвлекался, где-то пропадал, а Мариана, вооруженная новыми знаниями в области анализа данных, тем временем неуклонно продвигалась вперед. Постепенно детали мозаики вставали на свои места – скорее, благодаря помощи Дэвида в тестировании и определении параметров, а не из-за ее собственной научной интуиции. Дэвид помогал на удивление охотно и даже научил ее кое-каким несложным экспериментам. Но Картер держался на расстоянии. О ссоре с родителями он больше не упоминал. Мариана не лезла с расспросами, боясь нарушить личные границы, которые в условиях петли были и так не слишком надежны.
Неожиданное заявление Картера в четверг утром о необходимости сделать перерыв не очень ее удивило.
– Перерыв? – переспросила она, жестом приглашая его зайти и прислушиваясь, как Мэгги царапает что-то за спинкой дивана. – Я вот решила присесть и не спеша выпить кофе. Чем не перерыв?
– Надавала мне заданий, а сама кофе, видишь ли, пьет, – успел пожаловаться Дэвид, прежде чем Мариана отключила звук.
– Хочешь в поход? – спросила она. – Это без меня.
– Зачем в поход? Я имею в виду настоящий, полноценный отдых. Давай сегодня?
Он скрестил руки над головой, а потом заглянул под диван.
– Когда же я наконец увижу твою неуловимую кошку?
– Не бойся, ты не единственный. С моей мамой она тоже не желает знаться. И с отцом Шэй.
Мариана наклонилась за диван: из любимого укрытия Мэгги торчал пушистый кончик хвоста.
– Итак, чем займемся? – спросила она. – Я думала разобраться с последним набором данных, попробовать изменить алгоритм, как ты мне показывал… Данные по удержанию энергии отклонились на долю процента. Но меня сбила с толку одна имитационная модель.
Мариана подошла к стопке планшетов и начала перебирать их, пока не нашла нужный.
– Почему эта переменная – перенос массы – составляет пять целых и шесть десятых грамма во втором круге испытаний?
– Ой… звучит заумно.
– Это гораздо больше чем частица… Когда проводились испытания с такой массой, это повлияло на удержание энергии…
– Стой-стой, сбавь обороты… – сказал Картер. – Ты что, диссертацию защищаешь?
– Меня иногда заносит, – рассмеялась она, не отрывая глаз от планшета с таблицей данных. – Как говорила Шэй, в такие минуты я переключаюсь в «режим Марианы».
Картер выставил ладони вперед:
– Давай-ка перейдем в режим отдыха. На несколько часов. Повтор все равно уже заканчивается.
После поездки в Уимблдон работа не прерывалась ни на минуту. Даже в Лондон они ездили с определенной целью. Полностью прекратить исследование, как предлагал Картер, Мариана была не готова. Она не привыкла к таким паузам: в четырехдневной петле выходных не было.
– Ладно, отдохнем сегодня. Но Дэвид продолжит работу и пришлет нам результаты. А тебе, – постучала она пальцем по лбу Картера, – надо будет на них взглянуть. Эйдетическая память не дремлет.
– Решено. Ну а пока… Иди-ка оденься потеплее.
Он улыбнулся, заметив, как вытянулось лицо Марианы, и добавил:
– Ты, кажется, говорила, что еще не выходила в океан?
Картер не шутил. Океан не был метафорой.
Через час они стояли на небольшом пирсе в северной гавани Сан-Франциско. Там их уже ждала, покачиваясь на волнах, роскошная яхта.
Картер повернулся к Мариане и, словно угадав ее мысли, с кривой усмешкой сказал:
– Наследство спустил. Не беда – наверняка деньги завтра вернутся.
Они ступили на борт. Качание палубы под ногами с непривычки показалось странным.
На яхте их встретил капитан.
– Продукты привезли час назад, – сказал он. – Все в холодильнике, кухня в вашем распоряжении. Можно отчаливать.
– На яхтах бывают кухни? – шепотом спросила Мариана.
– Газовая плита, бойлер… все как полагается, – сказал Картер, и лицо его расплылось в широкой улыбке.
– Этот перерыв был задуман, чтобы свозить меня к океану или чтобы ты мог порезвиться в шикарной кухне?
– Мы с тобой оба чего-то желаем, – рассмеялся он, запрокинув голову. – К тому же я только недавно понял, что все возможно.
Во время суборбитальных перелетов Мариана любила смотреть в космическое пространство. Она размышляла о звездах, и просторы вселенной казались ей бесконечными. Странно, но такое же чувство возникло у нее и здесь, посреди океана.
Картер был заметно оживлен: глаза горели, он размахивал руками, и с лица не сходила широкая улыбка. Не успела яхта отплыть чуть подальше от берега, как он быстро извинился и исчез на кухне. Мариана осталась сидеть в шезлонге. Волны мягко покачивали судно, она смотрела на горизонт. Планшет лежал где-то в сумке. Мариана и не вспомнила бы о нем, если бы не раздался сигнал. Наверное, в планшете застопорился какой-нибудь процесс. Может, сервер забарахлил или алгоритм сбился, и требуется нажать на кнопку… Не мог же Дэвид закончить так быстро.
