Вернувшись в спальню, я поняла, как сильно устала за время незапланированного променада, и не раздеваясь упала на кровать. Оставшийся кусок ночи мне снился Прохор. Его руки крепко прижимали меня, губы целовали плечи и шею, пальцы зарывались в спутанные волосы и нежно их перебирали. А горячее дыхание обжигало кожу. Я задыхалась от страсти, мне хотелось большего, и когда порыв было невозможно сдержать, я попыталась снять с мужчины рубаху, он нежно оттолкнул меня и скрылся за дверью. И в этот момент я проснулась, за окном брезжил рассвет, ровно как во сне. Я сидела на кровати в джинсах и топике, а вот худи на мне не было. Не нужно было оглядываться по сторонам, чтобы узнать, где лежит кофта, потому что Прохор из сна сбросил её на пол около кресла.
— То есть это был не сон?! — я вскочила с постели и понеслась в его спальню.
Я аккуратно приоткрыла дверь, чтобы была щель для обзора. Конюх спал на постели, тихо посапывая.
— Бред какой-то, — я закрыла дверь и пошла на кухню варить кофе, чтобы прийти в себя после такого сна.
Добавив в фарфоровую чашку корицу для терпкости, я отправляюсь в кабинет. В этой комнате проходит практика по зельеварению. Ни одно, даже самое простое, у меня ещё не получилось. Решив, что вся проблема в том, что у меня нет цели, ради которой стоит сварить сие великолепие, уболтала Гамлета стать испытуемым, как раз и шерсть отрастим, и хвост, и усы погуще сделаем.
Терпеливый фамильяр пил одну мензурку за другой, но чуда не происходило. Осталось всего два дня, и я либо выиграю, либо скроюсь с позором под покровом ночи. Сегодня был тот самый день, в который обязательно должно получиться зелье! Весь день в работе, это насыпать, то долить, другое выпарить, пятое высушить, шестое поджарить.
Кот завалился в кабинет в компании фенека, покрутился около котла и развалился в кресле. Игры с мышью и Шерлоком пошли ему на пользу, теперь он спокойно запрыгивал в кресла, на диваны, на стол, на стулья, был более проворен в своих движениях и не страдал одышкой. Я была очень рада, что Гамлет превратился из неповоротливого колобка в статного кота, осталось подправить пару штрихов и будет самый красивый фамильяр в городе.
— Готово! Гамлет, пей!
Кот настороженно посмотрел на протянутую руку с графином, внутри которого плескалась фиолетовая жижа, тягучая, как кисель:
— Надеюсь в этот раз получится, устал твою бурду пить каждый день.
И в этот раз ничего не произошло, кроме громкого чиха.
— Ладно, пойдём на ужин и спать, с ног валюсь после этой ночки и прогулок.
Так как наша компания разрослась, то питались мы не на кухне, а в столовой. Шутки, разговоры о рабочем дне, согласования трат, всё теперь происходило здесь. Под огромной хрустальной люстрой с заблаговременно зажжёнными свечами, на накрахмаленной скатерти, за резным дубовым столом. Мы были чем-то единым, нередко к нам присоединялись Тихон и его отец. Мальчик прекрасно учился в школе, был наравне с лучшими учениками и часто хвалился своими знаниями и победами со мной. Первые дни в школе дались ему тяжело, многие ребята тыкали в него пальцем и насмехались, но упорству малыша можно только позавидовать. Он часто делал уроки в библиотеке, пока ждал конца рабочего дня Авдотьи. Мы много разговаривали, и я пришла к выводу, что раз смог ребёнок, то я, взрослый человек, тоже смогу, надо только чуть больше постараться.
Аксинья рассказывала о повышении цена на сыры и колбасы, когда её глаза чуть не вылетели из орбит, за столом стало тихо. Авдотья открыла рот, как рыба на суше, и указывала пальцем на Гамлета.
Я посмотрела на фамильяра и не узнала его, вместо привычной короткой и клочкастой шерсти выросла густая, шелковистая шевелюра длиной около пятнадцати сантиметров.
— Гамлет, получилось! — я выскочила из-за стола и принялась танцевать от радости.
Кот побежал к зеркалу и принялся рассматривать себя со всех сторон, довольно мурча:
— Ой-ой-ой, как же чешется голова! — кот упёрся лбом в стену и начал вертеть головой в разные стороны, когда его резко откинуло назад.
Все замерли, а Гамлет ощупывал голову:
— Упаси великая Бастет душу мою грешную! Ариадна! Как это получилось?! — фамильяр повернулся к нам. Промеж ушей красовались милые оленьи рожки, — беги! Беги! Пока я тебя всю не расцарапал! — взвыл котяра и со всех ног помчался из столовой, протяжно завывая. Шерлок порывался побежать за ним, но я остановила лисёнка и пошла искать Гамлета самостоятельно.
Он сидел в дальнем углу мастерской на грязной тряпке, испуганно забился под верстак. По теперь густой шерсти катились слезинки. Мне было очень стыдно перед ним, хотелось провалиться сквозь землю, но попросить прощения перед этим:
— Гамлет, пожалуйста, прости меня. Я не хотела, чтобы такое случилось. Я только хотела отрастить тебе шерсть и хвост, а получились рога... Я не понимаю, что делаю не так, но я правда не хотела причинять тебе зла, — я присела на пол рядом с фамильяром.
— Уходи.
— Я понимаю, ты хочешь сейчас побыть один, но, пожалуйста, прости меня. Давай вместе найдём решения этой проблемы. Умоляю тебя.
