Всю дорогу круглый полицмейстер утирал пот с лица платочком, каждый шаг давался с тяжёлыми вздохами. Маленькие ножки не поспевали за общим темпом, заданным магистром магии.
— Надо было нанять карету, — пробормотал Антип Никитич.
— Вам надо меньше налегать на беляши, — резко оборвал Елисей Аристархович.
Мы шли долго, я увидела в небе яркие всполохи и обрадовалась, что почти пришли, но когда мы приблизились, радость померкла.
— Святые потрошки..., — только и смогла прошептать я.
Окраина города была отрезана от леса полупрозрачной стеной, похожей на мыльный пузырь, надутый на солнце. За специфической стеной текла жизнь привычного мира! Люди сновали по улице, машины стояли на светофорах, в отдалении виднелись шпили городской ратуши и купол центральной библиотеки. В том мире только начиналось утро, судя по наплыву людей, был будний день.
Я протянула руку, чтобы потрогать стену и узнать, можно ли пройти насквозь, но Елисей Аристархович перехватил конечность:
— Не надо. Я поставил защиту, чтобы любопытные носы наших горожан не прошли туда и не устроили вселенский переполох.
— Как такое могло случиться?
— Это я хотел узнать у Вас. Я же говорил, что нельзя проносить что-то из этого мира, — указательный палец ткнул назад, откуда мы пришли, — в тот, — палец указывает на стену, — границы миров нарушены, и это грозит катастрофой! Как Вы могли быть такой беспечной?! Сложно поверить на слово?
— Погодите! За всё время меня перенесло туда, — я указываю туда же, куда до этого указывал магистр, — один раз! В ту ночь, когда в мой дом кто-то пробрался! Что я могла взять с собой, если меня перекинуло без предупреждения?!
— Только Вы и я можем путешествовать между двумя мирами! Уж я точно не буду заниматься таким безрассудством! Значит, это Вы! И не надо этого отрицать!
— Да как Вы смеете! — я задыхалась от злости и беспомощности. В разговор вмешался Прохор:
— Ариадна Владиславовна и правда не могла с собой что-то взять, потому что открыла входную дверь и сразу же пропала. В её руках ничего не было. Я свидетель, потому что тоже был в тот момент рядом.
— Но кто-то же что-то пронёс! Если ни она и ни я, то кто?! — магистр орал.
— Погодите, давайте успокоимся, — прочавкал полицмейстер, жуя взявшийся из ниоткуда беляш.
Треск прервал нас, стена начала мутнеть, искрящиеся до этого краски, начали пропадать и растворяться, через несколько мгновений преграда между мирами исчезла, и застеклённый мир исчез, на нас смотрел дремучий лес, огороженный пышными кустами волчьей ягоды.
— Что это было? — я отошла на несколько шагов назад, потянув за собой Прохора.
— Сам не понял, — Елисей Аристархович задумчиво чесал затылок и озирался по сторонам, — не может же это быть массовая галлюцинация!
— А я говорил, что надо успокоиться, — конец фразы Антипа Никитича прервала громкая отрыжка, — ой, хи-хи-хи, извините, пожалуйста, вырвалось.
— Так, ладно, с этим я буду разбираться сам. Ариадна Владиславовна, через два дня решающий экзамен, помните?
— Как я могу об этом забыть, если Вы каждый день присылаете письма с обратным отсчётом?!
— Может, я надеюсь, что Вы сдадитесь и вернётесь восвояси?
Прохор напрягся и сделал шаг вперёд, сжимая кулаки, но я придержала его за рубаху.
— Не дождётесь, товарищ магистр. Пойдём, Прохор!
Мы двинулись в сторону дома, не обращая внимания на выкрики Елисея Аристарховича. Одна фраза заинтересовала меня, и я уже знала, у кого уточню всю информацию.
Всю дорогу мы сохраняли молчание, я шла, держась за локоть конюха. Прокручивала в голове встречу с ним на кухне и не могла понять, что это было. Он мне нравился, даже очень, но вечно сухой Прохор, из которого и улыбки не выдавишь, проявил такой пыл, что сложно поверить в реальность этих эмоций. Может, его заколдовали?
Глупое сердце, которое много раз разбивали, всё равно верило во взаимность и радостно трепетало при воспоминаниях о почти случившемся поцелуе. Перемотав плёнку в голове и просмотрев ещё раз встречу, я вздохнула и облизала пересохшие губы.
— Всё хорошо? — Прохор остановился и посмотрел на меня.
— Да, конечно, — щёки загорелись стыдливым румянцем.
— Опять у нас будет тяжёлый день, потому что ночка выдалась без сна.
В окне маячили две фигуры, и когда увидели нас, выбежали из дома.
— Ну что там? Что случилось? — приставал с расспросами Гамлет. Шерлок тёрся о ноги, мешая идти.
Я рассказала о произошедшем, — кот задумчиво поскрёб по подбородку:
— М-м-м-м, думаю, стоит наведаться в кабинет.
— Нет! Нет! И ещё раз нет! Я не полезу в это! Мне хватило!
— Чего хватило?
— Того! Гамлет, всё, вопрос исчерпан! Я не полезу в тайник! — рассказывать фамильяру о своём ночном приключении с книгой не было никакого желания. Он кидался из крайности в крайность, то был слишком боязлив, то лез на рожон, не думая о последствиях.
Книга звала, даже требовала, чтобы её взяли в руки, но я не пойду на поводу у этого собрания ведьминских сочинений.
