Девушка приземлилась на песчаный склон под окном Твена и скользнула вниз по дюне. Пока она катилась, подпрыгивая на песчаных неровностях, приглашение вылетело у нее из рук. Твен скользил, падал, скатывался справа от нее и у основания склона ухитрился приземлиться на ноги. Секунду спустя у основания склона оказалась и Кинта.
– Сюда! – сказал Твен, схватил ее за ладонь и помог подняться. В свободной руке он держал футляр со скрипкой.
– Но твое приглашение! Я его выронила!
Оба взглянули на верх склона, где лежал серебристо-синий листок бумаги, наполовину присыпанный песком. Двое мужчин – один в котелке, другой в рваном бархатном пиджаке – стояли на дюне и что-то кричали.
Твен колебался буквально секунду, а потом покачал головой:
– Забудь о нем. Нужно отсюда выбираться.
Когда мужчины начали спускаться по склону, Кинта и Твен бросились бежать по пляжу, отрываясь от преследователей.
– Кто те люди? – запыхавшись, спросила Кинта.
– Это долгая история. И неприятная. Расскажу, когда мы найдем где спрятаться, ладно?
Кинта кивнула, и они побежали вверх по склону, зигзагом поднимавшемуся к городу. Роскошный ужин бултыхался в животе, и Кинта пожалела, что они не остались у нее в квартире, даже с пьяным Пьером и его дружками.
Склон привел их к Вермиллиону. Когда они побежали в город, Кинта глянула через плечо. Двое преследователей приближались к вершине склона. Мужчина в котелке зажал в ладони приглашение Твена.
На одну опасно иррациональную секунду Кинте захотелось отнять приглашение и сделать так, чтобы эти двое навсегда перестали преследовать Твена. Но с двумя мужчинами ей не справиться. Магией-то она не владеет.
Пока не владеет.
Кинта похлопала по карману и с облегчением удостоверилась, что книга о кружевоплетении на месте. Поднимавшиеся по склону преследователи заметили их с Твеном и заорали.
Твен потянул Кинту за руку, и по-прежнему бегом они снова свернули за угол, на сей раз на улицу, полную баров и борделей. Шумная группа мужчин и женщин в зеленых пиджаках ученых Сайнтифики окружила их, наполняя переулок. Ученые смеялись, пьяно окликая друг друга, и Кинта с Твеном нырнули в толпу, надеясь затеряться в толчее тел.
– Сюда, – сказал Твен, таща Кинту по проулку в темную подворотню борделя. – Ты не знаешь укромное местечко, где можно перекантоваться? Не хочу тащить эти проблемы к тебе домой.
Кинте этого тоже не хотелось, но отчаянно хотелось посмотреть, получится ли что-то сделать со звездным светом. В памяти вдруг всплыли слова миссис Дэвенпорт о вечеринке, которую она устраивает для СОВ.
– Я знаю местечко, – заявила Кинта. – Идем!
Кинта глянула через плечо, убеждаясь, что те двое их не преследуют, и повела Твена из Вермиллиона в Вердигри. Девушка выбрала окольный путь к месту назначения – большому серому особняку с видом на море. Особняк считался жемчужиной Вердигри, слуги суетились – кто выходил из дома, кто заходил внутрь. Твен посмотрел на особняк, и в его взгляде мелькнуло узнавание.
– Помнишь миссис Дэвенпорт, даму, которую мы встретили у кафе?
– Помню. Это ведь ее дом, да? – Голос Твена звучал сдавленно, рот превратился в мрачную полоску.
Кинта не поняла, как Твен догадался, что это дом миссис Дэвенпорт, но кивнула:
– Да. Она устраивает вечеринку для Северонского общества ведьм и вряд ли будет возражать, если мы на время воспользуемся углом ее чердака.
Вопреки риску быть узнанной, Кинте понравилась мысль заняться настоящей магией в паре этажей от всех этих псевдоведьмочек.
– Как же мы туда пройдем? – спросил Твен, настороженно оглядывая особняк.
– Просто веди себя как член СОВ. И ничего не говори.
Взяв Твена под руку, Кинта повела его через дорогу, словно они родились и выросли в Вердигри. Вопреки рваной и грязной одежде Твена и Кинты, никто из богатых членов СОВ, выбирающихся из карет, к ним не присматривался. А ведь большинство тех дам Кинта встречала на фотосессиях. Голос миссис Дэвенпорт заглушил рокот остальных, и Кинта чуть не упала, увидев, что та приветствует гостей в мантии с серебряными звездами и в черной остроконечной шляпе. Костюм ведьмы ей явно одолжил Пьер после сегодняшней сессии. Кинта закусила губу, чтобы не расхохотаться.
– Ведьмочка! – пробормотал Твен. – Ставлю плюс за повышенную таинственность.
– Нам сюда, – сквозь хохот пролепетала Кинта и потащила Твена по дорожке меж двумя огромными изгородями.
По дорожке они пробрались к черному ходу особняка. Кинта уверенно распахнула дверь и вошла на кухню. От печи божественно пахло, и, несмотря на плотный ужин и долгую пробежку, Кинта едва удержалась, чтобы не схватить глазированный кекс с ближайшего подноса. Кинта и Твен пробежали через кухню так, что никто не заворчал на них и даже по-настоящему не заметил. Годами выживая в чужих домах, Кинта усвоила, что, если слуги заняты, а самому напустить на себя деловитый вид, тебя не тронут.
Кинта и Твен беспрепятственно проскользнули на черную лестницу и быстро поднялись на несколько пролетов. В фойе третьего этажа Кинта остановилась и открыла дверь.
– Ты уже бывала здесь? – спросил Твен.
