День догорал, Кинта превращала свое чудесное платье из звездного света в толстую веревку. Если повезет, до ужина ее проверять не придут. Это был ее шанс сбежать, и Кинта запретила себе слишком много думать о том, что случится после того, как она выберется из замка, хотя, с одной стороны, тревожилась, что на возвращение в Северон понадобятся деньги, а с другой, отчаянно надеялась, что не упадет в море.
– Это мой лучший шанс, – пробормотала Кинта. – До скорого, Твен.
Кинта подтащила к окну кровать – довольно примитивную, но с крепкой медной спинкой, которая, как она надеялась, выдержит ее вес. Быстро обмотав спинку кровати раз-другой, Кинта закрепила на ней серебристую веревку из звездного света. Она впрямь действовала – выбиралась из замка, спасаясь от участи, которую уготовили ей королева Матильда и Дэймен.
Глубокий вдох для храбрости – и Кинта, стиснув веревку, полезла вниз из окна спиной к морю. Туфли на каблуках для лазания не предназначены, и стопы соскользнули по стене. Сдерживая крик, Кинта пальцами впилась в веревку и попробовала нащупать опору для ног. Падение она остановила, но руки, удерживающие ее вес, дрожали от напряжения.
Жадно глотнув воздух, Кинта попыталась вспомнить, чтó Твен говорил ей о скалолазании. Так, он всегда взбирался на скалы босым. Одним быстрым движением Кинта скинула туфли. Те упали на волнорез, отскочили от него и исчезли в волнах, что бились о скалы. Кинта надеялась, что с ней то же самое не случится.
Теперь босая, Кинта прижала стопы к теплой стене замка, пальцами ног обхватила края ближайшего камня и запретила себе смотреть вниз на бурные волны и на узкий выступ волнореза. Как Твен лазает без веревок? Она спросит его, когда в следующий раз увидит.
Шанс снова увидеть Твена придал ей смелости спускаться дальше.
Медленно – один перехват за другим, один шаг за другим – Кинта двигалась вниз по серебряной веревке.
Кинта спустилась до половины дворцовой стены, когда ладони соскользнули. Ухватиться не удалось, с губ сорвался крик. Слишком поздно она потянулась к веревке, которая буквально убегала из рук. Слишком поздно она подняла голову и увидела в окне своей комнаты Дэймена. Слишком поздно сообразила, что Дэймен перепилил веревку и она падает в море.
Кинта быстро летела вниз, ругаясь себе под нос. Если повезет, она упадет в море и высокие волны не превратят ее в отбивную. Если не повезет, она неудачно рухнет на выступ волнореза и разобьется вдребезги.
Приземление получилось средним между первым и вторым вариантами. Она пролетела мимо волнореза, но смогла зацепиться за узкий каменный выступ. Когда, ухватившись руками, Кинта резко остановила свое падение, что-то хрустнуло. Острая боль обожгла ей плечо.
Кинта закричала. Серебристая веревка – ее звездная история – пронеслась рядом, а она оказалась слишком нерасторопной или слишком сильно травмированной, чтобы ее схватить. Тем более что, схватив веревку, она, вероятно, вместе с ней упала бы в море.
Пальцами впившись в каменный выступ, Кинта смотрела, как серебристая веревка и ее надежды исчезают среди волн.
Из окна раздался голос Дэймена:
– Держись! Сейчас я тебя вытащу.
В ответ Кинта громко выругалась, но ее проклятия унес ветер, а Дэймен исчез из виду. Кинта не хотела, чтобы он ее вытаскивал, но с травмированным плечом не могла подтянуться и влезть на выступ. Нет, она попробует. Превозмогая боль, она поползла по узкому каменному выступу. Малейшее движение казалось пыткой, а стена – нескончаемой. Когда началась агония, Кинта хотела разжать пальцы и упасть в воду. За этой мыслью тотчас последовала другая: Твен никогда не узнает, что с ней случилось. Кинта еще отчаяннее вцепилась в каменную стену. Она доползет до края выступа прежде, чем к ней спустится Дэймен. Она выберется из города. Она сможет. Кинта ползла дальше, одно мучительное движение за другим.
Она почти добралась до края волнореза, когда появился Дэймен. Он держал в руках моток веревки и вел с собой отряд охранников.
С полным му´ки стоном Кинта стала двигать руки в другом направлении, будто могла так сбежать. Но теперь к вывиху плеча прибавились порезы и волдыри на ладонях. Соленые брызги попадали в раны, вызывая нестерпимое жжение.
Кинта висела на выступе, выбирая между плохим и очень плохим.
Она здесь погибнет. Кинта сразу это поняла. Если не позволит Дэймену вытащить себя в безопасное место, ей настанет конец. Кинта этого допустить не могла. Только не сегодня.
– Брось мне веревку! – крикнула она Дэймену. Ее голос был хриплым и от ора, и от вызванных болью всхлипов, раздиравших ей тело.
– Хорошая девочка, – похвалил Дэймен, швыряя ей веревку.
Кинта смерила его хмурым взглядом. Так разговаривают с детьми и с собаками. Не с кружевницами, владеющими магией. Когда, обернув неповрежденную руку веревкой, Кинта позволила вытащить себя в безопасное место, она поклялась, что вырвется из замка королевы Матильды. Может, не сегодня. И наверное, не завтра. Но скоро.
