Это плохо, подумала она. Боли становились все сильнее. Женщина подняла голову и пробежала пальцами по маске Иова. Узловатая поверхность была холодной, как лед на склонах спящего вулкана, но под ней чувствовалась горячая и чувствительная плоть. Голова нестерпимо зудела, и Сестра сунула руку под капюшон, чтобы добраться до массы тех образований, которые полностью покрыли ее череп и спустились по шее. Ей хотелось проткнуть пальцами коросту и чесать до тех пор, пока кожа не начнет кровоточить.
«Если на мою лысую голову натянуть парик, — подумала она, — то я все равно сойду за выпускницу школы горгулий!»
В течение нескольких минут ее настроение неустойчиво балансировало между слезами и смехом, но смех победил.
— Уже моя очередь? — проснулся Пол.
— Нет. Часа через два.
Он кивнул, снова лег и почти сразу же уснул.
Сестра продолжала прощупывать маску Иова. Казалось, кожа под ней горит. Какая бы кожа там ни оставалась.
Порой, когда боль бывала особенно острой и плоть под наростами будто кипела, Сестра готова была поклясться, что ее кости приходят в движение, как фундамент шаткого дома. Она была уверена, что чувствует, будто черты ее лица меняются.
Заметив мельком движение справа, она снова сосредоточилась на мыслях о выживании. Кто-то в отдалении издал глубокий гортанный лай, и другой зверь ответил ему криком, похожим на плач ребенка.
Она положила дробовик на колени и посмотрела на небо. Там не было ничего, кроме темноты, только гнетущее чувство нависших низких облаков, похожих на черный потолок в кошмарах клаустрофоба. Она не могла припомнить, когда в последний раз видела звезды, — может быть, теплой летней ночью, когда жила в картонном доме в Центральном парке. Или, может, она перестала замечать их задолго до того, как небо закрыли тучи?
Она скучала по звездам. Небо без них было мертво. И как загадывать желания — без звезд?
Сестра протянула руку к костру и поерзала, чтобы поудобнее устроиться у валуна. Здесь, конечно, не гостиничный номер, но ноги уже не так болели. Она поняла, как сильно устала, и усомнилась, что сможет пройти еще пятьдесят ярдов. Но огонь горел ровно, на коленях у нее лежал дробовик, и она к чертям разнесла бы любую тварь, которая посмела бы приблизиться. Сестра положила руку на сумку и погладила стеклянное кольцо. Завтра, подумала она. Завтра все выяснится.
Она прислонила голову к скале и стала смотреть на спящего Пола.
«Удачи тебе, — подумала она. — Ты ее заслуживаешь».
Мягкое тепло костра успокаивало. В лесу было тихо. Сестра закрыла глаза.
«Всего минутку, — сказала она себе. — Не будет никакого вреда, если я отдохну…»
И резко выпрямилась. Огонь перед ней превратился в горстку красных угольков, холод пробирался сквозь одежду. Пол все еще спал.
«О боже! — подумала Сестра, и ее охватила паника. — Сколько я проспала?»
Она дрожала, ее суставы ломило от холода. Она встала, чтобы подложить в костер веток. Осталось только несколько маленьких. Когда она, опустившись на колени, разложила их среди углей, то почувствовала за спиной быстрое кошачье движение — и напряглась.
Женщина с ужасом поняла: они с Полом не одни. Сзади кто-то притаился на камне, а она оставила оружие там, где сидела. Сестра глубоко вздохнула, решилась передвинуться, повернулась и кинулась за дробовиком. Она схватила его и развернулась, готовая стрелять.
Тот, кто сидел, скрестив ноги, на верхушке валуна, поднял руки в перчатках в притворной капитуляции. На коленях у него лежала винтовка, а сам человек был одет в знакомое коричневое пальто с заплатками и капюшоном, защищавшим лицо.
— Надеюсь, ты поспала всласть, — сказал Робин Оукс.
— Что-что? — моргая, поднялся Пол. — А?
— Молодой человек, — хрипло сказала Сестра, — еще секунда — и я отправила бы вас в гораздо более жаркое место, чем это. И давно ты тут сидишь?
— Достаточно давно. Тебе надо радоваться, что у меня не четыре ноги. Если один спит, другому нужно сторожить, иначе погибнут оба. — Робин посмотрел на Пола. — Пока ты проснешься, уже станешь кормом для рыси. Я думал, вы оба знаете, что делаете.
— С нами все в порядке. — Сестра убрала палец со спускового крючка и отложила дробовик. Внутри у нее все колыхалось, как студень.
— Конечно. — Робин оглянулся через плечо и крикнул в лес: — Эй, порядок, идите сюда!
Из леса возникли три закутанные фигуры и вскарабкались на валун к Робину. Все мальчишки были вооружены винтовками, а один из них тащил брезентовую сумку, которую разбойники Робина забрали у Сестры.
— Вы двое не так уж далеко ушли, верно? — спросил Робин.
— Но черт побери, мы прошли немало! — Пол стряхнул последние крупицы сна. — Я рассчитывал, что на утро нам осталось еще около мили.
Робин пренебрежительно хмыкнул.
