Роланд не ответил, и Спаситель слабо улыбнулся.
— Сколько времени прошло с тех пор, как ты слышал музыку?
— У меня есть своя, — ответил Роланд.
Спаситель повернул голову направо — мужчина подрисовывал ему бровь.
— Я всегда стараюсь выглядеть как можно лучше, — сказал он. — Запущенности и неряшеству не может быть никаких извинений, даже в наше время, в эти дни. Мне хочется, чтобы мои люди смотрели на меня и чувствовали уверенность. А уверенность — хорошая вещь. Она означает, что вы сильны и можете справиться с ловушками, которые расставил вам Сатана. Ах, Роланд, Сатана сейчас очень занят, да! — Он сложил руки на коленях. — Конечно, у него множество лиц, множество имен — и одним из этих имен может быть Роланд, так?
— Нет.
— Но Сатана всегда лжет, чего же мне ждать?
Он засмеялся, его поддержали и остальные. Успокоившись, он позволил женщине наложить румяна на левую щеку.
— Хорошо, Сатана, то есть Роланд, скажи мне, чего вы хотите. А заодно объясни, почему вы со своей армией демонов преследовали нас последние два дня и почему вы сейчас нас окружили. Если бы я что-нибудь понимал в тактике, я бы мог подумать, что вы собираетесь начать осаду. Мне бы не хотелось так думать. Мысль обо всех этих бедолагах, что умрут за своего хозяина, столь прискорбна… Говори, Сатана!
Голос его щелкнул, как кнут, и все в комнате, кроме Роланда, вздрогнули.
— Я Роланд Кронингер, капитан «Армии совершенных воинов». Мой командир — полковник Джеймс Маклин. Нам нужны бензин, топливо, продовольствие и оружие. Если вы предоставите нам это в течение шести часов, то мы отойдем и оставим вас в покое.
— Ты хочешь сказать, в смертном покое? — усмехнулся Спаситель и повернул бы лицо к Роланду, но женщина пудрила ему лоб. — «Армия совершенных воинов»? Кажется, я слышал о вас. Я полагал, что вы в Колорадо.
— Мы перебазировались.
— Да, это то, что обычно делают армии! Нам уже приходилось встречаться с «армиями», — сказал он, с отвращением выговаривая это слово. — У некоторых не хватало обмундирования и оружия, и все они распадались, как бумажные куклы. Ни одна армия не может устоять перед Спасителем, Роланд. Возвращайся к своему командиру и скажи ему это. Передай, что я буду молиться за ваши души.
Сейчас от Роланда отделаются. Он решил испробовать другую тактику.
— Кому вы собираетесь молиться? Богу на вершине горы Уорик?
Наступило молчание. Гримеры замерли и посмотрели на Роланда. Он слышал в наступившей тишине, как дышит Спаситель.
— Брат Гэри присоединился к нам, — спокойно продолжал Роланд. — Он все нам рассказал — куда вы собираетесь и зачем.
Под убедительным воздействием Роланда в черном трейлере Гэри Кейтс повторил свой рассказ о боге, живущем на вершине горы Уорик в Западной Виргинии, и что-то о черном ящике и серебряном ключе, который должен решить, будет жить Земля или умрет. Даже пытка не смогла изменить его рассказ. Верный своему слову, Маклин сохранил ему жизнь: с брата Гэри содрали кожу и повесили за лодыжки на флагштоке перед саттонской почтой.
Тишина затянулась. Наконец Спаситель тихо сказал:
— Я не знаю никакого брата Гэри.
— Но он вас знает. Он сказал нам, сколько у вас солдат. От него мы узнали о двух танках. Я видел один из них и подозреваю, что другой где-то поблизости. Брат Гэри — настоящий кладезь информации! Он рассказал мне о брате Тимоти, который ведет вас к горе Уорик, чтобы найти бога.
Роланд улыбнулся, показав испорченные зубы:
— Но бог ближе, не в Западной Виргинии. Гораздо ближе. Он здесь, у вас под самым носом, и он взорвет вас к чертям, если вы через шесть часов не дадите нам того, что нам нужно.
Спаситель сидел очень тихо. Роланд увидел, что он дрожит: левая сторона его рта дергается, а левый глаз начинает выкатываться, как будто выталкиваемый вулканическим давлением.
Он оттолкнул гримеров в сторону. Голова его повернулась к Роланду — и тот увидел все его лицо.
Левая сторона была совершенна, оживленная краской и припудренная. Правая же вся представляла собой кошмарный шрам: плоть выпирала из ужасной раны, глаз был белым и мертвым, как речная галька.
Живой глаз Спасителя уставился на Роланда, как в час Страшного суда. Спаситель встал, схватил стул и швырнул его через комнату. Он приблизился к Роланду — маленькие распятия качались и звенели у него на шее — и поднял кулак.
Кронингер не двинулся с места.
Они пристально смотрели друг другу в глаза. Стояла глубокая тишина, как перед столкновением неодолимой силы и несокрушимой преграды.
— Спаситель! — сказал чей-то голос. — Он дурак и старается поймать тебя на крючок.
Человек с распятиями заколебался, моргнул, и Роланду почудилось, что он видит, как в голове у него вертятся колесики в попытке осмыслить ситуацию.
Из мрака справа от Роланда появилась фигура. Это был высокий худой мужчина лет тридцати, с зачесанными назад темными волосами над глубоко посаженными карими глазами. Со лба назад зигзагом, подобно молнии, шел шрам от ожога, и вдоль него волосы побелели.
— Не трогай его, Спаситель, — сказал он тихо и настойчиво. — У них брат Кеннет.
— Брат Кеннет? — Спаситель в недоумении покачал головой.
