- Отомстишь… Это будет скоро… Очень скоро… поверь. А вот ты сам предаешь. Видишь? Дом на улице Винтимилль в Париже. Помнишь такой?
Из уст Фабиана вырвались такие грязные ругательства, которых постыдился бы и портовый грузчик.
- Это было необходимо! Они были глупцами и заслужили свою участь!
Ведьма расхохоталась холодно и звонко.
- И теперь кое-кто тоже хочет отомстить. На сей раз тебе.
- Пускай! Я их не боюсь.
- А они не боятся тебя. Учти.
- Пускай! – повторил Фабиан. – Пускай! Теперь у меня целая армия преданных мне людей, которые способны сжечь в огне мятежа целое королевство! А этих – жалкая горстка.
- Где же была твоя армия, когда этот лакей нажал на рычаг и ты едва не разбился насмерть?
- Но я не разбился!
Ведьма снова рассмеялась, и в ее смехе звучало нечто вроде уважения.
- Это хорошо, - тихо проговорила она. – Это хорошо. Ты правильно отвечаешь. И ненависть твоя чиста и смертоносна как змеиный яд. Ты больше не умеешь любить, ты умеешь только ненавидеть.
И снова Фабиану почудилось, будто в комнате незримо присутствует кто-то еще.
А ведьма склонилась над ним и жарко зашептала:
- Ты думал, что прошлое мертво… Но теперь ты видишь, что оно живо. Оно живет в твоей крови, потому что в жилах твоих течет кровь Вительсбахов, отравленная кровь, в которой бродит безумие. Я знаю, что говорю! Эта кровь стремится соединиться с твоей волей, это она заставила тебя стать любовником твоего двоюродного брата, принца Отто.
- Я знаю, - мрачно произнес Фабиан, - я знаю, что в роду Вительсбахов много безумцев. Может быть, и я безумен, но мне до этого нет дела. Зачем ты мне показывала прошлое? Зачем ты привела меня сюда?
- Потому что ты нужен мне и моему повелителю, потому что в тебе течет кровь Вительсбахов… Сам знаешь, какой это древний род. А мой род, хоть и не королевский, но гораздо более древний… Мне известны такие вещи, о которых никто из ныне живущих понятия не имеет. И если бы эти вещи вдруг стали известны, не один трон зашатался бы, не одно королевство распалось…
- Троны рушатся, королевства распадаются и без всякого колдовства. Ты знаешь, что происходит во Франции? А в Италии?
- И ты думаешь, - раздался сухой смешок, - ты думаешь, что там обошлось без вмешательства моего повелителя? Что ж, думай, раз тебе этого хочется. Думай, думай… Что ты знаешь о невидимых силах, которые властвуют повсюду, о силах, которые вечно воюют друг с другом… Я тоже часть той силы, что ведёт борьбу за Вительсбахов. Ведёт уже много веков, и все больше и больше эта семья, а значит и королевство, которым они правят, подчиняется моему повелителю. Но ничто не кончено. Ибо есть другая сила, сила, имени которой я назвать не смею и которая противится моему повелителю. И все будет зависеть от того, на чью сторону станут Вительсбахи – король и его брат.
- А я? – насмешливо спросил Фабиан. – А я? Раз в моих жилах течет кровь Вительсбахов, от меня ведь тоже кое-что зависит?
- А ты уже на нашей стороне, - ведьма, снова ставшая старухой, улыбнулась, обнажив отвратительные желтые зубы. - Ты уже давно на нашей стороне.
- Может быть, старуха, ты тоже принадлежишь к роду Вительсбахов? Ты так же безумна как они.
Старуха захихикала.
- Вительсбахи – дурачки. Чванливые дурачки. И все бы ничего, да вот уж очень они упрямы. Ну да ладно, их упрямство мы сломим. У них под ногами горит земля, и главное, чтобы они искали спасения у меня, а не…
Тут ведьма замолчала, словно боялась произнести чьё-то имя.
- Послушай, - нетерпеливо сказал Фабиан, который уже пришел в себя после видений и, казалось, ничуть не был потрясен происходящим, - послушай, ты показала мне прошлое. Тогда заодно покажи мне и будущее.
- Я покажу тебе будущее. Ты одолеешь всех своих врагов, и в руках твоих будет такая власть, которой позавидует любой король! Но ты это получишь, если только… если только будешь во всем слушаться меня. Ибо у тебя будет сильное искушение изменить мне и моему повелителю. Если ты останешься верен моему повелителю, ты получишь всё. Если предашь, то мучения, которые ты сегодня испытал, покажутся тебе райским блаженством!
***
- Зачем ты провел меня в ту дверь, Отто?
Братья снова были в королевском кабинете. Король сидел в высоком кресле – прямой, надменный и требовательно смотрел на брата, стоявшего перед ним.
Черные зрачки принца тревожно мерцали. Он был похож на большую кошку, которая трется о ноги хозяина, но готова в любой момент выпустить когти.
- Зачем ты повел меня туда? Ты хотел, чтобы я там погиб, не так ли? – голубые глаза короля прищурились, он чуть подался вперед, словно собираясь броситься на брата.
- Я хотел тебя спасти, - глухим голосом отвечал Отто.
- Там был свет! Я ненавижу свет! Ты же знаешь!
- Брат, ты же видел, там стоял святой…
- Не произноси его имени! Мне было достаточно той ночи перед коронацией, в соборе! С меня довольно! Я не желаю больше ничего знать, ничего видеть! – отрывисто выкрикивал король, брызгая слюной, его красивое лицо исказилось от бешенства.