Кэт улеглась в постель рядом с мужем и погасила свечу. Джон Эстли, как обычно, поцеловал ее, прежде чем откинуться на пуховые подушки. Кэт расслабилась – сегодня не придется исполнять супружеский долг. Она не могла себе представить, какое удовольствие получают от этого мужчины; ей самой не было в том никакой радости, как, впрочем, и необходимости, ибо она уже вышла из детородного возраста. И все же она любила мужа, который был с ней добр и нежен во многих отношениях.
– Кэт, – произнес в темноте Джон, – меня кое-что тревожит. Это касается леди Элизабет.
– О чем ты? – удивленно спросила Кэт.
– Я наблюдал за ней, – объяснил Джон, – и заметил, что всякий раз, стоит лишь упомянуть адмирала, она бросает все свои дела и внимательно слушает. Когда королева его хвалит, она безмерно радуется, а сегодня, когда кто-то произнес его имя, я увидел, как она покраснела. Думаю, тебе стоит ее предостеречь, – боюсь, она тайно в него влюблена.
– Чушь! – раздраженно бросила Кэт, не ожидавшая такой проницательности. – Он видный мужчина, а она в том возрасте, когда на это обращают внимание. Всего лишь невинное увлечение, и даже если она питает к нему романтические чувства, то никогда не сделает ничего, что причинило бы боль королеве.
– Она, возможно, и нет. А он? – В голосе Джона звучала тревога. – Подумай, Кэт. Я видел, как он на нее смотрит, и его взгляд вовсе не показался мне невинным. Ты должна поговорить с ней, предупредить ее. Только представь: если между адмиралом и леди Элизабет случится нечто непристойное, обоих обвинят в государственной измене. Государственной измене, учти!
– Он не настолько глуп, – возразила Кэт.
– Многие мужчины делали глупости с симпатичными юными девушками, – прервал ее Джон. – И позволь мне напомнить, какое наказание полагается за государственную измену. Для него – повешение, потрошение и четвертование, хотя ввиду звания ему, скорее всего, просто отрубят голову. А для нее – обезглавливание или сожжение.
– Они не посмеют, она сестра короля, – ужаснулась Кэт.
– Двух королев уже обезглавили, и не столь давно, – напомнил ей Джон. – И одна из них – ее мать.
– Говорю тебе, ничего между ними нет, – сказала Кэт, помолчав. – Невинное увлечение, не более того.
– Дай бог, ты права, – вздохнул Джон. – Но на всякий случай будь начеку. Если заметишь что-то подозрительное – сразу же пресекай.
– Адмирал никогда на такое не пойдет, – рассерженно заявила Кэт. – Он честный человек и опекает ее, пока она с ним под одной крышей. Не могу поверить, что он способен на такую подлость.
– Тебя он тоже очаровал? – осведомился Джон с кислой миной.
– Какой вздор! – искренне возмутилась Кэт.
– Честно говоря, жена, ты слишком доверяешь другим, – заметил Джон, поворачиваясь и с тревогой глядя на нее. – Приказываю тебе как муж: будь бдительна. Иначе мы все можем оказаться в Тауэре.
Кэт промолчала, не веря, что до такого может дойти.
