Закутавшись в теплый плащ, она, как обычно по утрам, в одиночестве гуляла по саду, быстро шагая в холодном тумане по заиндевевшим дорожкам в тени похожих на скелеты деревьев. И тут появился он, шедший ей навстречу со зловещим блеском в глазах. «Откуда он знал, что я здесь?» – удивилась Элизабет. Впрочем, ни для кого не было тайной, что ей нравилось подышать свежим воздухом до начала уроков.
Он, как всегда, вежливо поклонился, сняв большую шляпу с пером:
– Миледи Элизабет! Должен сказать, когда ваши щеки краснеют от холода, вы еще привлекательнее.
– Это все из-за усталости, милорд, – осторожно ответила она, не желая признавать его вежливую речь и думая, что Кэт наверняка хватит удар, если она проведает, что они виделись в отсутствие посторонних. – Вижу, вам тоже нравятся долгие утренние прогулки.
– Мне нравитесь вы, – к ее ужасу и радости, изрек он и, шагнув к ней, обхватил за талию и привлек к себе. – Если честно, еще ни одна женщина меня так не пленяла. Не могу больше этого вынести.
– Милорд! – Элизабет вырвалась из его объятий, пытаясь подавить предательскую реакцию тела и собственные чувства. – Вам не подобает говорить такие вещи, а мне – слушать. Вы женатый мужчина, и мне следует заботиться о своей репутации. То, о чем вы думаете, – настоящее безумие.
– И какое сладкое безумие! – выдохнул Томас, беспомощно простирая руки. – Миледи, меня неудержимо влечет к вам. Все мои мысли заняты вами.
– Замолчите, сэр! – в отчаянии воскликнула Элизабет. – Это непристойно!
– Не важно, – ответил он, хватая ее за плечи и пристально глядя ей в глаза. – Я люблю вас, и не притворяйтесь, будто вы об этом не догадываетесь. Возможно, по годам вы еще ребенок, но вашего очарования хватит не на одну взрослую.
– Прошу вас, сэр, – умоляюще проговорила Элизабет, отводя с плеч его руки. – Не забывайте, у вас есть жена, с которой мало кто может сравниться в доброте. Я ни за что не причиню ей боль, а вы поклялись в супружеской верности.
– Ей вовсе не обязательно знать, – улыбнулся адмирал. – Только не притворяйтесь, будто не желаете меня. Я отчетливо вижу это по вашим глазам.
– Не ваше дело, чего я желаю! – со слезами в голосе крикнула Элизабет и повернулась, собираясь уйти, но он схватил ее за запястье и развернул лицом к себе:
– Вы будете моей. – Взгляд его темных глаз был полон решимости. – Вы будете моей, даже если мне придется вечно гореть за это в аду. И вы поймете, что на самом деле нас связывает.
– Нет, сэр, вы не посмеете! – твердо заявила Элизабет, хотя и была в том не уверена.
– Это мы еще посмотрим, моя прекрасная принцесса, – возразил адмирал, отпуская ее. – Кто там говорил, что хочет жить и умереть девственницей? Вряд ли вам это удастся!
– Как же вы отвратительны, милорд! – бросила она и побежала к дому, сопровождаемая смехом Томаса.
