К октябрю Элизабет полностью пришла в себя после выкидыша, и зашел разговор о ее отъезде из Чесханта.
– Сударыня, король отдал Хэтфилд-хаус в ваше распоряжение, – сообщил ей сэр Энтони чуть теплее обычного, радуясь, что наконец сможет избавиться от нежеланной гостьи.
Присутствие Элизабет в его доме доставляло одни хлопоты, и она задержалась намного дольше, чем предполагалось, но он ни разу не позволил ни малейшей неучтивости по отношению к ней.
Элизабет тоже обрадовалась, что ее пребывание в Чесханте подходит к концу, – собственно говоря, ей не хотелось впредь возвращаться в эту обитель, напоминавшую о суровом испытании. Она была рада вернуться в старый знакомый дом ее детства, где могла бы делать что угодно, став его полноправной хозяйкой. Весело напевая, она носилась по комнатам, собирая вещи, которые Кэт упаковывала в большие дорожные сундуки. Кэт, разумеется, было грустно расставаться с сестрой, но и она, тоже будучи сыта по горло Чесхантом, благословила тот день, когда их экипаж отправился в путь. Сэр Энтони и леди Денни стояли на крыльце, с излишним воодушевлением махая им вслед.
