Кэт не собиралась легко сдаваться. При каждой возможности она превозносила достоинства адмирала, настаивая, чтобы Элизабет приняла его как жениха.
– Но он пока даже не пытался за мной ухаживать, – возразила девушка.
– Ничего, начнет, дайте только шанс, – уверила ее Кэт, предвкушая жизнь в семейном доме, где она будет всем заправлять, радуясь любви между супругами, растя их детей, предаваясь тайным фантазиям об адмирале и зная, что она всеми уважаема, почитаема и востребована.
Элизабет жалела, что в доме больше не было никого, к кому бы она могла обратиться за советом. Она решила было довериться Уильяму Сесилу, но передумала: будучи секретарем лорд-протектора, тот мог почесть за долг сообщить о происходящем своему господину. Кэт была права: она нуждалась в покровителе, который защитил бы ее от слухов и глубоко укоренившихся опасений, что правда может выйти наружу. И они с адмиралом действительно могли бы явиться гармоничной парой – даже слишком гармоничной, думала она с невольным трепетом, – но все это осталось в прошлом. Да, она считала его весьма привлекательным и интересным мужчиной. Учитывая ее статус незаконнорожденной, он мог стать ей хорошим женихом – может быть, даже лучшим, ибо все прошлые переговоры о возможном династическом браке сошли на нет ввиду ее незаконного происхождения. С другой стороны, она была второй в очереди на трон и ее руки мог пожелать кто-то поважнее адмирала. Однако любой другой муж мог обнаружить, что она не девственница, и сообщить о ее грехе всему миру. Но опять-таки, если она выйдет замуж за Томаса Сеймура, ей вновь предстоят опасности и тяготы беременности и родов, что повергало ее в ужас.
Что делать? Мысль об этом мучила ее днем и ночью.
