Когда они вошли в спальню, Элизабет притворилась спящей и сделала вид, будто посетители ее разбудили.
– Милорды, – слабо пробормотала она, – прошу извинить… Для меня это неожиданная честь.
Не обращая внимания на ее слова, лорд Уильям смотрел поверх ее головы на вышитый герб:
– Сударыня, королева приказала нам выяснить, так ли вы больны, как может показаться на первый взгляд.
– Можете убедиться сами, – прошептала Элизабет.
«Похоже, она действительно бледна, – подумал лорд Уильям. – Хотя с помощью грима можно изобразить что угодно».
– Королева была бы весьма довольна, если бы вы смогли отправиться с нами в Лондон, – молвил сэр Эдвард Гастингс. – Она прислала доктора Уэнди и доктора Оуэна, чтобы те решили, позволит ли вам ехать ваше здоровье.
Элизабет стало трясти.
– Как вы сами видите, я больна, – возразила она. – Мне хотелось бы знать, зачем королева хочет видеть меня в Лондоне.
– Это связано с недавним мятежом, – объяснил Говард. – Она считает, что с ней вам будет безопаснее.
– Мятежом? – переспросила Элизабет. – Каким мятежом?
– Вы не слышали? Изменник Уайетт, собрав семь тысяч солдат, неделю назад вошел в Лондон и захватил бы город, если бы не отвага ее королевского величества, которая отправилась в ратушу и, выступив со смелым обращением, которое слышал я сам, сплотила лондонцев вокруг себя.
– Вдохновляющая речь, – добавил сэр Эдвард. – Как будто король Генрих вновь явился к нам. Ее величество – настоящая дочь своего отца.
– Так что, хоть и с трудом, мятеж удалось подавить, – продолжал Говард. – Слава богу, королева цела и невредима, как и весь ее совет, а изменник Уайетт заключен в Тауэр вместе с другими заговорщиками.
– А леди Джейн, которую мятежники провозгласили королевой, приговорена к смерти, – вставил третий советник, суровый сэр Джордж Корнуоллис.
– Приговорена к смерти? – сдавленно прошептала Элизабет.
По спине ее пробежал озноб, и ей показалось, что сейчас она лишится чувств. Элизабет не сомневалась, что ее призвали в Лондон разделить судьбу несчастной леди Джейн. Судя по всему, о том же подумала и Кэт – добрая женщина разрыдалась.
– Так потребовал император, – сказал лорд Уильям. – Он предупредил ее величество, что принц Филипп никогда не ступит на землю Англии, пока жива леди Джейн, ибо слишком опасается за его жизнь и безопасность трона ее величества.
– Но королева обещала проявить милость к леди Джейн, – дрожащим голосом проговорила Элизабет.
– В свете недавних событий она не может себе этого позволить, – ответил лорд Уильям.
Он не собирался рассказывать подозрительной девице о том, как мучилась ее сестра, подписывая смертный приговор, и как она делала все возможное, чтобы избежать приведения его в исполнение. Даже сейчас она пыталась убедить Джейн обратиться в католическую веру и спасти свою жизнь.
От ужаса Элизабет лишилась дара речи.
– Нам приказано доставить вас обратно в Лондон, если вы в состоянии ехать, – пусть даже придется везти вас в личном паланкине королевы, который она прислала для этой цели, – изрек Говард.
– Миледи не в состоянии подняться с постели, а уж тем более куда-то ехать, – возразила Кэт с глазами красными от слез.
– Это решать нам, миссис Эстли, – возразил доктор Оуэн. – Королева велела нам осмотреть леди Элизабет, чтобы определить природу ее болезни. А теперь, джентльмены, попрошу вас выйти. Миссис Эстли, подготовьте миледи.
