Леди Роз полностью

Как ты, должно быть, знаешь, парламент объявил изменниками не только нас, но даже герцогиню Йоркскую и двух маленьких мальчиков. Ясно, это дело рук чужеземки святого Гарри, не знающей, что такое честь, и не останавливающейся ни перед чем. Герцогиню Сесилию и ее детей держат в замке герцога Векингема и его герцогини, нашей сестры; судя по донесениям, пока с ними обращаются хорошо. Но ситуация опасная; страстность и темперамент королевы могут все изменить в любую секунду. Поэтому я прошу тебя подумать о бегстве. В Англии отныне небезопасно. Я хотел бы, чтобы ты прибыла в Кале к нам с Уориком, но думаю, что тебе лучше отправиться в Ирландию, дабы не вызывать подозрений. Податель этого письма сообщит тебе время и место.

Йорк тоже боится за жену и детей. Он ищет способ освободить их из замка герцога Хамфри и вывезти из Англии, чтобы не оставлять на милость жены Гарри. Однако Исобел ничто не грозит благодаря ее давнему знакомству с Маргаритой. Поэтому мы, учитывая ее деликатное положение, советуем ей остаться в Миддлеме.

Дорогая жена, для нас настали тяжелые времена. Пусть тебя хранит Господь, пока мы не соединимся вновь.

Писано в Кале двадцать пятого ноября, в День святой Катерины.

Твой любящий милорд и муж,

Ричард Солсбери».

Графиня дрожащей рукой передала это письмо нам с Мод, а потом сожгла. Когда я читала его, у меня сосало под ложечкой, а в мозгу роились пугающие образы. Я с уважением смотрела на пилигрима, который скрывал свою личность даже от нас. Эти люди не боялись ради своих убеждений идти на пытки; раньше я таких не встречала.

Вскоре мы узнали, что к решению «дьявольского парламента» приложил руку епископ доктор Мортон. Я помнила его рыбьи глаза. Когда они посмотрели на меня, по моей коже побежали мурашки. Но я подозревала, что женщины не представляют для него интереса; этот человек с вожделением смотрел на мальчиков из церковного хора. Его взгляд горел, но восхищало епископа вовсе не их ангельское пение. От отвращения у меня свело живот; и я почувствовала шевеление ребенка. «Бедный малыш, – подумала я, нежно поглаживая выпуклость. – Я больше не буду думать об этом».

Прибывали и другие новости. Королева поручили лорду Риверсу реквизировать все корабли Уорика, еще остававшиеся на побережье Англии, а Сомерсету – набрать сильную армию, в которую должны были войти Эндрю Троллоп и его полк из Кале, а также обиженные молодые люди, отцы которых были убиты при Блоур-Хите. Потом Сомерсет отплыл в Кале, чтобы сместить Уорика, но потерпел неудачу.

– Чему ты улыбаешься? – спросила Мод, когда мы вышивали в комнате для рукоделия.

– Представляю себе, как выглядел Сомерсет, когда в Кале его встретили пушечными залпами.

Она усмехнулась:

– Наверняка взбесился от злости.

– Конечно. Ему пришлось довольствоваться взятием Гина.[39] – Я отложила иголку. – Это ему очень не понравилось. Он думал, что ему принадлежит весь мир, а теперь понял, что это не так. – Я улыбнулась, подперла ладонью подбородок и посмотрела в окно. – Представь себе, что он чувствует, когда смотрит на болота у Кале… Видит око, да зуб неймет. Приз, которого он так долго жаждал, принадлежит другому. – Я бросила на нее веселый взгляд. – Мод, это мне по душе!

Мод подтолкнула меня локтем и засмеялась.

– Исобел, ты у нас второй Кале. Эта мысль не приходила тебе в голову? Ты тоже приз, которого он долго жаждал, но так и не смог получить.

Я немного помолчала, а потом прыснула со смеху.

– Ох, Мод, ты только представь себе, неудачи в любви и в войне сразу! Это ужасно! Мне даже немного жаль беднягу. – Мы веселились вовсю.