То, что француз поставил перед ними, не было похоже на пирог. Это было настоящее произведение искусства, скорее торт — открытый, с загнутыми золотисто-коричневыми хрустящими краями. Начинка состояла из смеси взбитых яиц с сыром, которая покрывала зажаренные с репчатым луком кусочки свинины.
— Как ты это называешь, Антуан? Я ни разу не видел таких пирогов. Э… это ведь пирог, да? Леди не станет это есть, если оно не пирог.
— А вот и стану! — возразила Кассандра. — Пахнет божественно. И корочка есть. Так что это пирог.
— При чесотке тоже образуются корочки, — ляпнул Джордж. — Вы же не станете считать их пирогом?
— Фу, гадость! Конечно, нет. Вы отчаянно пытались заставить меня забыть, что до этого мы говорили о чем-то серьезном, и у вас это получилось. Я себя не слышу из-за урчания в желудке.
Антуан выглядел довольным.
— Это называется «киш», придумано во Франции, и идея очень хорошая. В основу из теста кладут любую начинку, заливают взбитыми яйцами с сыром и запекают.
Джордж потрогал пирог вилкой:
— Я не превращусь во француза, если попробую это?
— Vous n’etes pas si chanceux, — фыркнув, Антуан повернулся в сторону кухни. — Ешьте, а я пока приготовлю еще один пирог.
— Я говорю по-французски, ты же знаешь, — крикнул Джордж ему вслед. — Я все понял.
Антуан показал типично французский неприличный жест и скрылся за дверью.
Джордж хохотнул:
— Он сказал, что я недостаточно удачлив, чтобы быть французом. Можете в это поверить?
Но Кассандре уже было не до разговоров: нанизывая на вилку кусочки пирога, который не походил на пирог, она отправляла их в рот и издавала стоны удовольствия, отчего Джорджу хотелось биться головой о стену.
— Да перестаньте вы мычать! — наконец не выдержал Джордж. — Иначе я забуду об обещании не приставать к вам.
— Я просто ем пирог, — заявила Кассандра. — И не собираюсь останавливаться.
— Угу, — буркнул Джордж.
Ее глаза светились лукавством. Положив в рот следующий кусочек, она их закрыла, изобразив лицом неземное наслаждение.
Он не мог вспомнить, когда в последний раз испытывал какое-нибудь настоящее чувство, поэтому последовал ее примеру — положил себе на тарелку кусок странного пирога, попробовал и признал, что это действительно очень вкусно. Омлет с сыром, покрывавший зажаренную с луком свинину, таял во рту, а корочка из теста оставалась хрустящей.
Кассандра расправилась со своей порцией первой и с выражением скорби на лице посмотрела на тарелку, где остались только крошки.
Оглядев зал, она удивленно нахмурилась:
— А почему мало клиентов? С такой-то кухней?
Джордж выставил вилку вперед:
— Поняли, да? В этом ведь нет смысла, я прав?
— Ну… — она откашлялась, прочищая горло, и улыбнулась. — Могу я сделать еще одно предложение?
— Пожалуйста. Да. Не могу обещать, что приму его или что его примет Антуан, но если вы его не выскажете, то вас раздует от невысказанных слов, и вы не поместитесь на стуле.
Она загадочно посмотрела на него, ухватила с его тарелки последний кусочек киша и отправила в рот, несмотря на протесты Джорджа.
— Это моя десятина. А вот в чем заключается мое предложение: не пытайтесь сделать ресторан Антуана местом для элиты, сливок общества. Пусть оно будет для представителей среднего класса: промышленников, торговцев, а также их семей.
Интересное замечание.
— Вы имеете в виду тех, у кого есть деньги, но нет титулов?
— Именно. Это же бизнес, поэтому нужно, чтобы сюда приходили только состоятельные люди, и лучше, если бы они расплачивались наличными.
— Вот тут вы правы: аристократы в этом смысле ужасны.
— И к тому же в Лондоне полно тех, кто обедает вне дома, — куда больше, чем герцогов и других титулованных особ.
— Потому что у подобных горожан есть свои повара-французы.
— Да, это так. Поэтому такой ресторан, несомненно, будет пользоваться спросом, особенно если хорошо продумать меню: вкусно, сытно, привлекательно.
— С вами не поспоришь. Чем больше клиентов, тем лучше процветает ресторан. А вот и наш следующий пирог! Спасибо, Антуан.
Блюдо, которое шеф поставил перед ними, было им знакомо больше: толстый круг из теста, сочившийся сладким ароматным сиропом сквозь прорези узора в корочке.
— С фруктовой начинкой? — уточнила Кассандра. — Что там внутри?
— Это не начинка — это пирог на скорую руку, — Антуан начал перечислять, загибая пальцы: — Elles contiennent les pommes, les baies sucrees, les…
Джордж закатил глаза:
— О, прекрати! Своим французским ты стараешься произвести впечатление на леди, а она — моя спутница на этом завтраке.
Он дотронулся до пирога, обжег кончики пальцев и зашипел:
— Ты его не запекал, на это не хватило бы времени. Как же тогда?
Антуан просиял:
— Я его зажарил! Топленый лярд, тесто, томленные в сахаре фрукты, и все, — он поцеловал кончики пальцев. — Несколько минут — и перед вами пирог на скорую руку.
— У вас великий талант, — сказала Кассандра. — Я под огромным впечатлением. Можете даже не говорить по-французски.
Должно быть, вид у Джорджа был таким грозным, что Антуан, подмигнув Кассандре, изобразил испуг:
