На узеньком сиденьице напротив него сгорбился Джейс, положив на колени свой гулд’гульскую секиру. Он настоял на том, что должен лететь со всеми остальными – наверное, чтобы компенсировать свою неудачную попытку отговорить Никс от этого рискованного предприятия. Хотя, скорее всего, просто потому, что опасался за ее безопасность и твердо вознамерился всеми силами ее защитить. Его побелевшие пальцы на рукояти секиры ясно свидетельствовали об этой его решимости – и, возможно, о некоторой доле страха.
Рядом с Никс пристроились еще двое.
Старшине Викас предстояло и дальше выполнять свои обязанности опекуна Никс. Женщина была такой высокой, что ей приходилось пригнуть голову под низкой крышей рубки, даже сидя. Она была вдвое тяжелей Грейлина – все эти мускулы, затянутые в черную кожу. Рыцарь в полной мере рассчитывал на каждый камень этой громады и на каждую частичку таящейся в ней силы, чтобы обезопасить Никс.
Последний член их группы, Шийя, стояла позади всех – совершенно неподвижно, как статуя, чтобы не раскачивать шлюпку в полете. В ходе предстоящего похода ее задачей было не только в случае чего прикрывать остальных, используя свою завидную скорость и невероятную физическую силу, но и действовать в паре с Никс, поддерживая ее обуздывающий напев.
И все же Грейлину хотелось, чтобы их было намного больше.
Никс, должно быть, прочла это его желание, когда он оценивающе оглядывал каждого из членов группы.
– Надо верить, что нас достаточно, – сказала она. – Мы не осмелились взять с собой больше народу, иначе Улария могла бы это заметить. И без того достаточно рискованно, когда куда-то вдруг денутся сразу пятеро. Вдобавок, как только мы доберемся до Клыков, ялик Даала сможет вместить всего несколько человек. Особенно с учетом Шийи. И потом нам понадобится еще и место для Баашалийи, когда мы поплывем обратно.
Ее оптимизм заслужил лишь хмурого взгляда Грейлина. Для него их лучшей надеждой было ненадолго сунуться в эту Пасть, чтобы Никс осознала всю тщетность попыток спасти своего крылатого друга, а затем быстро нырнуть обратно в ледяной лабиринт Клыков, пока рааш’ке ничего не заподозрили. Тем не менее ему пришлось неохотно признать, что не столь многочисленная и менее заметная партия давала наилучшие шансы на такой исход.
Брейль тоже поддерживала меньшую численность группы, хотя и по более техническим причинам.
– Никс права. Я не уверена, что эта шлюпка выдержит больший вес. Да и быстропламени у нас почти не осталось. Мой папаша так и не удосужился повозиться с маленькой горелкой на моей шлюпке – сосредоточился на больших движителях «Пустельги», переоборудуя их под этот пантеанский вораван. Я слышала, что горелки уже заметно прибавили в мощности. Жду не дождусь, когда опробую их.
Грейлин заметил у нее в глазах искорку восторженного предвкушения, к которому примешивалась изрядная доля зависти.
– А еще я слышала, что совсем скоро они будут испытывать новый летучий пузырь, – добавила она. – Посмотрим, поднимет ли «Пустельгу» один лишь горячий воздух. Надеюсь вернуться вовремя, чтобы посмотреть.
Грейлин в этом сомневался. Как только Брейль высадит их, она полетит прямиком к «Огненному дракону», прежде чем вернуться на выброшенный на берег быстроходник. Ей придется поддерживать их версию о том, что это был просто очередной рейс за материалами для ремонта.
Все, кто остался на берегу, тоже будут прикрывать пропавших членов группы: уклоняться от любых расспросов, запутывать любопытствующих, мутить воду – все, что угодно, лишь бы держать их исчезновение в тайне от Уларии и Рифового Фарера.
Когда шлюпка пробила стену тумана, море внизу исчезло. Никс поднялась со скамейки и подошла к одному из носовых окошек рубки, вперившись неподвижным взглядом в пространство и наверняка представляя себе юношу, ожидающего ее впереди.
На борту воцарилась тишина – все погрузились в свои собственные мысли и тревоги. Двигаясь в тумане, было трудно оценить уже преодоленное расстояние. Брейль постоянно переводила взгляд со стрелки путевода на небо, высматривая какую-либо опасность. Хотя выглядела она совершенно спокойной, на лбу у нее выступил пот. Однако Брейль продолжала безмятежно попыхивать своей трубочкой и летела дальше, лишь периодически разжигая горелку и в основном полагаясь на волю воздушных течений, заметных только ей одной.
Туман впереди них стал постепенно светлеть.
– Остров Кефта, – прошептала Никс, словно опасаясь, что внизу могут ее услышать.
Грейлин коснулся плеча Брейль:
– Лучше облететь его подальше. Ни к чему, чтобы кто-нибудь там увидел вспышки нашей горелки.
Брейль никак не показала, что услышала его, но шлюпка накренилась и ушла в сторону, оставив это светящееся в тумане пятно далеко позади.
Миновав его, они продолжали скрытно продвигаться над Приютом. Время тянулось нескончаемо медленно. Грейлин проглядел все глаза, всматриваясь в безликий туман. Лучезарное сияние дня над головой потускнело до жутковатой вечерней синевы. Из-за этого казалось, что туман еще больше сгустился.
