— Вот какую беду пророчили Первые Драконы… Следовало послушать Аргалиона или ещё лучше: принять тот яд… — от потрясения Лайла даже не заметила, как Джон печально приобнял её сзади.
— Это лишь иллюзия. У тебя не было выбора. Каждый шаг сотню раз просчитан. Пойми, великий Аргалион стал жертвой уловки, а Аргентум, посланный самим Хроногором остановить вас, обратился в серебристую лужицу. Однако ещё не всё потеряно, — воинственно заявила Хризальтера. — Дельвинус знает, как одолеть демона. А после мы заставим Леонардо ответить за содеянное… — она окинула взглядом вампиршу. — Надеюсь, амулет ещё при тебе?
— Да… — неуверенно прошептала та, начав себя обыскивать, словно не сама убирала его в недра тулупа.
— Достань, и я покажу, как им пользоваться, — мягко попросила Хризальтера.
— А ну, погоди… — вдруг остановил Лайлу следопыт и внимательно посмотрел в лиловые глаза. — Ты меня, конечно, извини… Но у меня есть пара вопросов. Во-первых, откуда тебе столько всего известно? А во-вторых, если всё было понятно заранее, то почему вы ничего не сделали? Просто стояли и наблюдали со стороны, так, что ли?
— Всему есть разумное объяснение, — с нотками сочувствия изрекла брюнетка. — Однако услышать его вы должны не из моих уст. Я и без того поведала вам больше дозволенного. Предлагаю не тратить время. Чем скорее вы встретитесь с Дельвинусом, тем быстрее получите ответы на свои вопросы.
— Складно поёшь… — усмехнулся Джон. — Только вот нутром чую, что-то недоговариваешь. А интуиция меня подводит очень редко, уж поверь…
— Что ж. Заслуженное замечание. Мне нельзя этого говорить, но ты не оставляешь выбора. Пусть твой разум изъязвлён недоверием, однако за ним стоит лишь вызванная страхом подозрительность. В отличие от вполне реального мора, с которым прямо сейчас борется Дельвинус. Он умирает, а ваши сомнения ставят под угрозу судьбу мироздания. Достаточно веская причина, чтобы отложить прелюдию в виде долгих бесед? — осадила воина Хризальтера, и тот не нашёлся что ответить. — Амулет, — почти приказала она, протягивая ладонь.
Лайла достала из-за пазухи гексаграмму и задумчиво смерила подушечкой большого пальца один из острых углов:
— Неужели демон… тот темнокожий… Но он же спас мне жизнь… Не понимаю…
— Инфернальные создания могут быть очень коварны… — длань жгучей брюнетки нетерпеливо качнулась. — Время, Лайла де’Рон. Оно утекает, словно вода…
— А как быть с Рэксволдом и Эрминией? — протянула медальон вампирша. — Я не могу бросить их здесь…
— Не волнуйся. Я позабочусь о них… — коснувшись гексаграммы, осклабилась Хризальтера, и тотчас же её ухмылку исказила гримаса удивления: что-то оттолкнуло руку в сторону, а на запястье обозначился окровавленный след от зубов.
Выскользнувший медальон брякнулся на пол.
— Низшая раса… — глядя на рану, процедила брюнетка. — Как ты вообще посмел прикоснуться ко мне своим грязным ртом…
— О небеса, прости… — вампирша заозиралась в поисках невидимого защитника. — Скарги!!! Что на тебя нашло⁈ Я же велела… — слова гостьи с опозданием взбаламутили рассудок. — Подожди… Что ты сказала?..
— Довольно притворства, — Хризальтера предстала во всём великолепии демонического обличья. — Вы не так опасны, как вещал Владыка.
Её хвост, подобно кнуту, рассёк душный воздух — пикировавший мефит утратил невидимость: отлетел с алой полосой на тщедушном тельце и шлёпнулся в лужу. Следом жёсткое крыло демонессы отразило выпад мечом.
— Ты… ты… — переборов оторопь, побледневшая Лайла выбросила вперёд ладони.
Хризальтера дунула на них, словно гасила свечи, — пылающие руны соскользнули с кожи вампирши огненными блюдцами и вмиг разбились о сырой пол, украсили его россыпью шипящих искр. Магическая проекция сразу же потухла. В темноте, пронзаемой ярким светом пролома, раздался шёпот заклинания, блеснул занесённый клинок. Мощный взмах крыльев — следопыта и вампиршу раскидало по сторонам, где они остались лежать во власти теневых пут без возможности говорить.
— И это всё? — раздался в полумраке насмешливый голос демонессы. — Хватило силы сорока душ?.. Да-а, перевелись кринтэрхи, выродились, как инкубы в бестелесной кромке миров. За девятнадцать тысяч лет я не встречала более позорного поражения. А мне довелось видеть их немало… — она развела руки, и все стены объяло тусклое сияние загубленных жизней. — Что же мне с вами делать, когда вы уже сполна наказали себя ничтожностью собственного существования… Может, есть предложения? Ваши уста свободны…
— Демон, — лицезрея потолок пещеры, презрительно бросила Лайла. — Было ли в твоих речах хоть слово правды? Или только ложь?
— Разумеется… — Хризальтера растирала ранение, будто наносила на кожу бальзам, — через несколько секунд от укуса не осталось и следа. — Но твой ум слишком скуден, дабы отличить одно от другого, — довольно улыбнувшись, брюнетка наклонилась за медальоном.
— И всё ради этой безделушки? — лежавший на боку Джон услышал тихий звон поднятой цепочки.
