До ближайшего съезда оставалось всего три месяца. Работа предстояла авральная. На заседании ВЦИК была образована комиссия для разработки конституции Советской республики. В нее вошли большевики Михаил Покровский, Иосиф Сталин, Яков Свердлов, левые эсеры Дмитрий Магеровский и Григорий Шрейдер, а также прочие товарищи. Свердлов позаботился, чтобы законотворцы работали в настолько комфортных условиях, насколько они вообще были возможны в Москве 1918 года. И на разработчиков конституции забота Якова Михайловича произвела неизгладимое впечатление: «Трудно забыть участникам первой конституционной комиссии светлые номера в угловой части бывшего „Метрополя“, где Яков Михайлович собирал нас для общей работы» (240).
«Свердлов: В председатели намечены 2 кандидата т.т. Свердлов и Покровский. Покровский снимает свою кандидатуру. Итак, остался один кандидат тов. Свердлов. Возражений не встречается» (241)
При разработке основного закона Свердлов не забывал о своей стратегической игре за власть. Председатель ВЦИК стремился подчинить себе Совнарком: «Нам сейчас необходимо построить таким образом, чтобы превратить комиссариаты в Отделы ЦИК» (242).
Правда, формулировки «отделы ЦИК» не нашли поддержки комиссии. Однако Свердлов продолжил отстаивать свою позицию, и в результате СНК все же не остался верховной властью страны в финальной редакции конституции.
«Разношерстность» идей, взглядов и мнений членов конституционной комиссии вносили немалую долю деструктивности в ее работу. «Одни приносили в заседание Комиссии священные книги буржуазной науки… Другие думали создать в виде Советов федерацию трудовых синдикатов, нечто вроде анархического союза профессиональных объединений. Третьи готовы были с первых дней превратить федерацию Советов в союз бесчисленных российских наций. Четвертые стремились перешагнуть эпоху и сразу же приблизиться к преддверию коммунистического общества» (240).
По этой причине за неделю до съезда Советов проект конституции не был готов. Другой бы руководитель признал свое поражение. Но Свердлов даже в такой ситуации сумел найти приемлемый компромисс: «Сегодня у нас в ЦК партии, отдельные товарищи, в том числе т. Ленин, полагали, что нужно этот вопрос снять с порядка дня в виду того, что конституция в целом не готова. Но мне удалось настоять на том, что отдельные части этой конституции, в частности часть о советах в организационном отношении может быть принята теперь» (243).
Стенограмма 3-го заседания ВЦИК IV созыва об избрании комиссии по выработке конституции Советской Республики под председательством Я. М. Свердлова и с его выступлениями. 1 апреля — 15 мая 1918 года
[РГАСПИ. Ф. 86. Оп. 1. Д. 31. Л. 28, 42]
Кстати, стоит обратить внимание на впервые зафиксированное документально отстаивание Свердловым своей позиции — вопреки мнению Ленина. Можно констатировать, что именно в конце июня 1918 года Яков Свердлов перестал быть просто «тенью» вождя большевиков и исполнителем его воли, обнаружив себя как самостоятельного политика.
Свердлов торопит. Очень сырой документ — тем не менее это основной закон, в котором так нуждается молодое государство. Этот документ для его принятия нужно было непременно представить V съезду. До первого заседания Советов оставалось чуть более недели.
Телеграмма Я. М. Свердлова губернским, уездным, волостным советам с информацией о докладе В. И. Ленина «Об очередных задачах Советской власти» на заседании ВЦИК 29 апреля 1918 года. Позднее 29 апреля 1918 года. Заверенная копия
[РГАСПИ. Ф. 86. Оп. 1. Д. 32. Л. 1–4]
Меж тем малопредсказуемая политическая обстановка продолжала преподносить сюрпризы. Месяцем ранее VIII Совет партии социалистов-революционеров, проходивший в Москве с 7 по 16 мая 1918 года, решил окончательно разойтись с большевиками. Партийное руководство назвало ликвидацию большевистской диктатуры «очередной и неотложной» задачей всей демократии, равно как и замену «комиссародержавия действительным народовластием». Эсеры готовились действовать в своем стиле — решительно, безжалостно, не считаясь с потерями:
«Решения VIII Совета явились сигналом для начала партией эсеров открытой вооруженной борьбы с большевизмом. Знамя борьбы было поднято на Востоке: в Среднем Поволжье, Приуралье и в Сибири. За короткий срок это огромное пространство оказалось под властью эсеров.
В начале июня 1918 г. эсеры, опираясь на поддержку восставших чехословацких легионеров, установили свою власть в Самаре.
Эсеры имели большинство и в Сибирской областной думе, располагавшейся в Томске. Дума объявила Сибирь автономной областью» (233).
