Странное дело, ведь всего две недели назад документ еще не был готов, за исключением некоторых статей. Но по всей видимости, именно эти статьи были так важны для Свердлова, что принятие основного закона он не желал откладывать. Четыре статьи конституции законодательно утверждали председателя ВЦИК первым лицом государства.
«ст. 24. Всероссийский съезд Советов является высшей властью Российской Социалистической Федеративной Советской Республики».
«ст. 30. В период между съездами высшей властью республики является Всероссийский Центральный Исполнительный Комитет Советов».
«ст. 31. ВЦИК является высшим законодательным, распорядительным и контролирующим органом РСФСР».
«ст. 41. Все постановления и решения Сон. Нар. Ком., имеющие крупное общеполитическое значение, представляются на рассмотрение и утверждение ВЦИК» (261).
Проект Конституции РСФСР, принятый V съездом Советов
Яков Свердлов, уверенно справившись с опасным политическим кризисом, вполне мог полагать, что эти четыре статьи будут приняты. Он занимал должность председателя ВЦИК, что фактически делало его первой фигурой государства в аспекте принятия законодательных решений. Кроме того, Совнарком оказывался в подчинении ВЦИК. Товарищ Андрей окончательно превращался в одно из первых лиц в государстве.
Меньше года потребовалось молодому государству, чтобы преодолеть пропасть от представительной классовой демократии рабочих и крестьян до классической олигократической диктатуры: «Составители Конституции ухитрились ни в одном разделе, описывающем форму государства, не упомянуть термины „демократия“, „демократический“ и другие однокоренные слова» (262). Участие Якова Свердлова в данной трансформации политического устройства государства было деятельным и решающим.
Яков Свердлов возвращается с V съезда Советов в июле 1918 года
А во внутреннем раскладе сил и вовсе интересно получилось: Исполнительный комитет стал законодательным органом, а Совет комиссаров — исполнительным: «Президиум ВЦИК почти единолично тогда воплощался в фигуре Я. М. Свердлова, главную работу в нем вел он» (39).
Хотя сам Свердлов четырьмя месяцами ранее публично заявлял о недопустимости разделения власти: «Разделение властей исполнительной и законодательной не соответствует деятельности Советской республики. Совет Народных Комиссаров — это непосредственный орган власти как таковой: и законодательный, и исполнительный, и административный» (263).
Однако факты говорили совсем об ином. В Конституции четко и ясно написано: ВЦИК является высшим законодательным органом Советской республики. Двойного толкования статьи 31 быть не могло. Что же это означало? Лишь то, что председатель ВЦИК и руководитель комиссии по разработке основного закона страны вел свою собственную политическую игру и одерживал в ней убедительную победу.
С момента утверждения Конституции РСФСР Яков Свердлов официально становится главой республики. Причем отныне ему для того, чтобы править, не нужны были съезды, совещания ВЦИК и любая другая бюрократическая волокита: «Только Свердлову удалось завоевать, — говорит Ленин, — такое положение, что достаточно было одного его слова — и без всяких совещаний, без всяких формальных голосований вопрос разрешался навсегда» (257).
Уже осенью 1918 года работа ВЦИК станет носить сессионный характер. Но до этого остается еще несколько месяцев, а пока Якова Михайловича довольно сильно беспокоило еще одно немаловажное обстоятельство, способное стать мощной объединяющей силой в борьбе за власть. И обстоятельством этим был бывший царь, император Всероссийский, царь Польский и великий князь Финляндский, адмирал британского флота и фельдмаршал британской армии Николай Александрович Романов.
Республика Советов горела в огне Гражданской войны. Зимой на ее фронтах повисло напряженное затишье. Белогвардейские силы разрозненны и неорганизованны, но с наступлением весны стало заметно их активно движение на юге и востоке России. Бывший царь Николай Романов находился в тот момент в Тобольске, который не был глубоким тылом.
Свердлов, как и его соратники, воспринимал Николая как человека, который мог воодушевить «белые силы» и повести их на Москву. Как лидера, в руках которого будет сконцентрирована вся власть, если Белое движение наберет силу. Та власть, которая сейчас в руках у Свердлова. Мог ли Яков Михайлович опасаться этого обстоятельства? Могло ли его отношение к Николаю Романову стать сугубо личным, как властителя настоящего к властителю прошлому и, возможно, будущему?
Еще до переезда в Москву Совет народных комиссаров намеревался доставить Романова в Петроград.
«Перевезти Николая Романова в Петроград для предания его суду. Исполнение этого поручить комиссариату юстиции согласно резолюции исполнительного комитета Всероссийского совета крестьянских депутатов II созыва» (264).
