Подоплека таких настроений была известна давно. Профессиональный хоккей десятилетиями выдавали за нечто из ряда вон выходящее, заслуживающее того, чтобы местные зрители валом валили на ледовые арены, без раздумий приобретая недешевые билеты. При сопоставлении же с советским хоккеем былой лоск НХЛ поблек, и заправилам лиги пришлось пускаться во все тяжкие, дабы сохранить конкурентоспособность своего товара. Проще всего это было сделать, держа североамериканцев в неведении об истинном соотношении сил в мировом хоккее. Что канадцы и делали, вынуждая наших спортивных деятелей играть по неписаным правилам энхаэловцев.
В феврале 1987 года в Квебек-Сити состоялся блицтурнир «Рандеву-87», в рамках которого на льду в третий раз сошлись сборные СССР и НХЛ. Первый матч наши проиграли (3:4), второй выиграли (5:3). Этим турниром заменили традиционные «Матчи всех звезд НХЛ», которыми североамериканских болельщиков потчевали с 1947 года. Заменили неспроста: на протяжении долгих лет встречи «олл старз» проходили при неизменном аншлаге, собирая миллионы болельщиков у телеэкранов. С годами, однако, интерес к этим матчам стал угасать, и владелец клуба «Квебек Нордикс» (к тому времени ВХА приказала долго жить и была поглощена НХЛ) Марсель Обю предложил организовать «Рандеву-87». Таким образом, нашу сборную использовали в качестве палочки-выручалочки.
Договоренность о проведении этого соревнования была достигнута годом раньше. Узнав об этом, в феврале 1986 года я позвонил пресс-секретарю НХЛ Халлигену, чтобы задать все тот же вопрос: когда, наконец, советские болельщики увидят заокеанских «профи» воочию.
– Вполне понимаю ваших зрителей,– сочувственно-снисходительно сказал мой собеседник.– Пока игра действительно идет в одни ворота.
– Значит, можно надеяться, что в случае нашего согласия приехать на «Рандеву-87» НХЛ пришлет наконец своих хоккеистов в Советский Союз? – обрадовался я.
– Возможно,– туманно ответил Халлиген, дав понять, что такие вопросы должны ставить не журналисты, а лица, наделенные полномочиями вести официальные переговоры.
После этого у меня состоялся очередной телефонный разговор с Джорджем Смитом, и я рассказал ему, как НХЛ на протяжении полутора десятков лет водила нас за нос. Джордж согласился с моей точкой зрения и довел ее до сведения газеты «Виннипег фри пресс», инициировав публикацию под названием «Советы хотят взаимности от НХЛ». В ней мои доводы были изложены вполне добросовестно, хоть меня и сделали тезкой Смита, назвав Джорджем.
Объективности ради скажу: точно так же руководство НХЛ динамило Международную лигу хоккея на льду, под эгидой которой проводятся ежегодные чемпионаты мира и хоккейные турниры в рамках Белых Олимпиад.
В 1977 году североамериканские профессионалы наконец получили возможность представлять в этих соревнованиях Канаду и США вместо спортсменов с любительским статусом. Казалось бы, играй не хочу и делом доказывай обоснованность набивших оскомину жалоб на дискриминацию со стороны европейцев, из-за которой, мол, на протяжении предыдущих пятнадцати лет родоначальники хоккея только трижды поднимались на пьедестал почета (да и то – лишь на третью ступеньку), а американцы и вовсе каждый раз возвращались домой несолоно хлебавши.
Ан нет: ставя корыстные интересы выше понятий национальной чести, боссы НХЛ наотрез отказались что-либо менять в собственном календаре. Поскольку же сроки зимних Олимпиад и мировых первенств совпадают с проведением энхаэловских соревнований, сборные Канады и США стали формировать на скорую руку по принципу «На тебе, боже, что нам негоже» и «По сусекам метен, по коробам скребен»: на зарубежные соревнования за пределами Северной Америки стали посылать сильнейших игроков слабейших клубов – тех, что к началу международных турниров выбывал из розыгрыша Кубка Стэнли.
Исчерпав запас доводов в оправдание хронических односторонних уступок деятелям НХЛ, руководители отечественного хоккея пускали в ход неотразимый по тем временам аргумент (приводя его, впрочем, лишь в кругу посвященных): «Мы зарабатываем стране валюту». В связи с этим в сентябре 1987 года «Известия» напечатали мою статью «Почем нынче хоккей», где я вновь попытался привлечь внимание нашей общественности к дискриминации отечественных любителей хоккея и заодно предал огласке примечательнейшую историю.
В 1977 году в наше посольство в Оттаве обратился местный юрист, владелец солидной конторы с репутацией надежного партнера «Инюрколлегии»[56] Роберт Прайс. Он выяснил, что на каждом визите советских хоккеистов руководство НХЛ делало огромные барыши (прежде всего за счет продажи прав на телетрансляцию), на фоне которых достававшиеся нашим спортивным властям двадцать пять тысяч долларов за матч выглядели весьма скромно.
– Вас обманывают, попросту грабят,– заявил Прайс.– Готов выступить посредником, взяв на себя дальнейшие переговоры с НХЛ. Мои условия просты: десять центов с каждого доллара, который я сумею выторговать у руководителей Национальной хоккейной лиги сверх того, чем они делятся с вами сейчас.
