Ledyanoj zamok полностью

Родители чего-то ждали, и Сисс хорошо это чувствовала. Но она была не в силах подойти к ним. Как-то они сказали ей совер­шенно спокойным тоном:

- Сисс, мы тебя редко видим.

- Да,— отвечала она.

На том разговор и кончился. А ведь заставить ее говорить было в их власти. Она не знала, как ей быть.

Почему я видела Унн?

Чтобы не забыть ее?

Безусловно.

Сисс стало казаться, что Унн забыли. Никто не говорил о ней, имя ее не упоминалось. Ни дома, ни в школе. Словно Унн никогда не было на свете, с возмущением думала Сисс.

Только я ее помню. Да еще ее тетя, та тоже, верно, не забыла ее. Она не продала дом и не уехала.

Кто еще думает об Унн?

Вопрос этот не давал ей покоя. Он так мучил ее, что она ре­шила сделать опыт.

Она провела его в классе однажды утром перед самым началом уроков. Все, кроме учителя, были уже на местах. Ей не хотелось, чтобы учитель как-то повлиял на детей. Решиться ей было нелегко.

Набравшись смелости, она встала и, словно объявляя во всеуслышание что-то важное, громко произнесла:

- Унн.

Только одно имя. Ничего другого она сказать не может. Они поймут.

Сначала, против ее ожидания, ничего не произошло. Конечно, все повернулись к ней, шум в классе смолк, воцарилась тишина — и все.

Они, наверное, ждали еще чего-то. Но она молчала, и они на­чали переглядываться. По-прежнему никто не издавал ни звука. Сисс решила, что напугала их. Она робко обвела взглядом лица товарищей.

Стена непонимания? Неприязнь? Нет, никакой стены нет. Про­сто они в растерянности.

Она тоже в растерянности. И зачем ей только такое пришло в голову!

Наконец она услышала ответ. И он исходил не от девочек, ее ближайших подруг, а от мальчика — того, что тогда трогал ее сапогом. Сисс уже заметила в последнее время, что он стал все чаще играть в классе главную роль. Он-то и произнес резкий ответ:

- Мы не забыли ее!

Словно отрубил.

- Какая-то девочка подхватила:

- Конечно, нет — если ты это имеешь в виду.

Сисс бросило в жар от стыда. Она поняла, как не права была, стараясь отгородиться от класса. Запинаясь, она проговорила:

- Да нет, я просто...

И опустила голову, не сказав того, что хотела было сказать, не бросив горького упрека.

1

ТЕТЯ

Не только ты одна хранишь память об Унн, просто люди не говорят о ней. Но почему? Это не похоже на них.

Сисс порой вздрагивала при мысли, что тетя Унн продала дом я собирается уезжать.

На следующий день, возвращаясь из школы, она прошла мимо тетиного дома. Увидела, что в нем по-прежнему живут, узнала на дворе тетины вещи.

Раз дом не продан, значит, тетя продолжает надеяться.

Однажды Сисс прошла слишком близко от дома тети Унн, и та увидела ее. Она открыла дверь и помахала девочке рукой:

- Сисс, иди сюда!

Сисс нехотя подошла, полная тревожного ожидания.

Тетя сказала:

- Я обещала тебе сообщить, когда продам дом и уеду.

- Да. Продала?

Тетя кивнула.

Стало быть, дом продан. Что тетя узнала? И когда — тогда же, когда я была в ледяном замке? Ерунда. Ну, скажи еще что-нибудь, мысленно попросила она, и тетя откровенно призналась:

- Теперь я уверена, что больше ждать нечего.

- Ты это знаешь?

- Нет, не знаю, но... Да нет, знаю. Поэтому и продала. Уеду далеко отсюда.

Как ни странно, но Сисс была уверена, что тетя не спросит у нее: «Теперь, когда я уезжаю, можешь ты рассказать мне все то, что не хотела раньше?» Нет, она этого не спросит.

- Ты уже завтра уезжаешь?

- Почему ты так думаешь? Почему завтра? — Тетя бросила на нее быстрый взгляд.— Ты уже об этом слышала?

- Нет, но я каждый день думаю: завтра она, наверное, уедет...

- И вот наконец ты угадала, завтра я действительно уезжаю. Поэтому-то я тебя и окликнула — как удачно, что я тебя увидела. Если бы ты не прошла мимо, я сама зашла бы вечером к тебе

домой.

Сисс ничего не ответила. Как странно, что тетя Унн уезжает. И очень-очень грустно. Тетя тоже помолчала, но потом снова за­говорила:

- А еще я окликнула тебя потому, что мне хотелось бы про­гуляться с тобой сегодня вечером. Это будет мой последний вечер здесь. Ну как, пойдешь?

Нечаянная радость.

- Да! А куда мы пойдем?

- Никуда. Просто погуляем.

- Но тогда мне надо сначала зайти домой, я иду прямо из школы.

- Ну конечно, и спешить незачем. Мне хотелось бы пойти, когда уже совсем свечереет. А вечереет теперь не рано.

- Ухожу.

- Скажи домашним, что мы вернемся поздно,— добавила тетя,— но пусть они не беспокоятся.

Сисс шла домой в торжественном настроении. Они с тетей пой­дут гулять. И прогулка эта будет необычной.

- Мы вернемся поздно,— сказала Сисс родителям, собираясь уходить.— Так она просила передать.

- Хорошо,— легко согласились родители.

Сисс ясно понимала причину их покладистости. Родители были теперь рады, когда ей хоть чего-нибудь хотелось. Пусть даже про­гуляться вечером с посторонним человеком. Вот до чего она их довела.

Об этом она думала весь путь до тети.

Та еще не собралась.

- Время у нас есть,— сказала она.— Мы выйдем, когда стемнеет. Гулять будем одни, нам больше никто не нужен.

Как ни было грустно то, что тетя уезжает, Сисс переполняло радостное ожидание.