– Или же ты хитрый паршивец и скармливаешь нам кучу дерьма, чтобы посеять панику.
Фука пожал плечами.
– Или-или. Мне все равно, во что вы верите, но я – ваш лучший шанс выбраться отсюда, пока эти вампиры вас не прикончили. Бедные маленькие принцы. Никто никогда не разрешал вам играть. Вы действительно думаете, что спасете свою принцессу, не рискуя при этом погибнуть? Вы даже не контролируете собственные силы. Вы с такой же вероятностью сожжете ее, как и спасете, да, Шим? Не волнуйся, твой брат оживит ее. Ну, не ее, а ее труп. Только придется поторопиться, дружище, пока она не начала разлагаться.
Лок встал, сжав крепкие руки в кулаки. Из ушей его брата практически валил пар, и это была работа Шима.
– Убирайся.
Шим поднял руку, жестом призывая брата притормозить.
– Не суди так поспешно. Такова его природа. Но также в его природе заложено помогать своему хозяину.
Янтарные глаза закатились.
– Он мне не хозяин. Он мой друг, и да, я хочу помочь. Я всего лишь пошутил насчет вонючего трупа. Да ладно, дружище! Это было забавно. Как и сегодняшний пес. Эта тварь пыталась вилять половиной хвоста!
Фука слегка маниакально рассмеялся, но он был прав. Не в том, что касалось пса с половиной хвоста, а в том, что в обличье коня он был быстр, а фуку, как известно, трудно заметить, если он сам того не хочет.
– Ты знаешь, где находится Туатанас? – спросил Шим.
Лок с хмурым видом сел рядом с братом.
– Не сомневаюсь, он знает, где что находится.
Фука почесал свою лохматую голову.
– Да, знаю. И клянусь всем, что дали мне боги: я не лгу. Я хочу свергнуть Торина так же сильно, как и вы. Наверное, даже сильнее, потому что мне больше некуда идти. Меня не ждет никакое королевство. Есть только эта ферма и эти Фейри, но Торин убьет нас всех, если ничего не изменится. Здесь, в горах, мы были в безопасности. У него не было намерения нападать, но рано или поздно он это сделает, и мы погибнем. Поэтому я предлагаю вам сделку, только на один раз, ваши высочества. Я отведу вас к принцессе. Я буду вашим союзником. Даю слово. И, надеюсь, вы будете относиться к своему союзнику с должным вниманием.
Янтарные глаза фуки горели в тусклом свете амбара.
Лок посмотрел на Шима и медленно кивнул.
Шим пожал фуке руку.
– Союзники.
Рука фуки напряглась, и его форма дрогнула.
– Не забывайте об этом, ваше высочество. Не забывайте, что мы делаем с теми, кто переходит нам дорогу. Я демон. И знаю все ваши страхи. – Он перевел горящий взгляд на Лока. – Вот он буквально излучает страх.
Фука отпустил руку Шима. Его форма замерцала и приняла другой вид. Шим вздрогнул и отпрянул от того, что увидел перед собой.
– Разве не этого вы оба боитесь в глубине души? – заговорил фука в обличье самого Шима.
Шим сидел перед самим собой, спокойно и широко улыбаясь, но все остальное в нем горело: языки пламени и агонии вырывались наружу и потрескивали, обвиняюще указывая на него, словно пальцы.
– Взгляните на меня. Я ярче солнца и гораздо опаснее. Я себя не контролирую. Сожгу дотла всех, кого люблю. – Фука изменился, приняв облик Лока, но не того, которого знал Шим. Этот Лок был осунувшимся, весь цвет с лица исчез, будто кто-то задул его свечу и остался лишь испорченный, бесполезный фитиль. Смерть висела на этом Локе, словно плащ, который он надел и обернул вокруг своей души. По его рукам ползали мерзкие личинки, а из-под воротника высунула голову черноглазая крыса. – Повелитель мертвых. Кто же тебя полюбит? Кому нужны твои холодные объятия, когда есть горячие? Есть ли в тебе хоть капля жизни, Повелитель мертвых?
И тут фука снова стал худощавым мужчиной с растрепанными волосами и прищурился.
– Да, я в курсе, что пугает вас обоих. Не забывайте об этом, когда жизнь станет трудной и таких, как я, будет легко оставить позади. Знайте, вы никогда от меня не избавитесь. Я буду рядом всегда, словно ночной кошмар под вашей кроватью.
Фука улыбнулся, будто вел с принцами Неблагих приятную беседу, и наклонил голову.
– Встретимся через час на заднем дворе, будьте готовы к полету.
Он исчез, братья услышали свист в воздухе и ржание, свидетельствующее о том, что фука снова стал лошадью. Послышался стук копыт, а затем все стихло.
Лок встал и уставился на пол сарая.
– Как только этот паршивец сдохнет, он будет моим! Как тебе такое, фука? Понравится быть моей марионеткой на ниточках и танцевать, когда я прикажу тебе танцевать?
Шим вздохнул. Он все еще был потрясен, но, по правде говоря, для него это не было неожиданностью.
– Оставь его в покое. Он не сказал ничего такого, чего мы не знали. Ты боишься того, что могу натворить я, а я боюсь потерять тебя во мраке.
Лок провел рукой по волосам, расхаживая взад-вперед.
– Почему ты всегда находишь способ быть разумнее, чем я? Хотя, знаешь, у меня есть идея получше! В дороге бывает нелегко. А из лошадей получается отличное вяленое мясо. Паршивцу будет чертовски трудно забраться под кровать, когда он окажется у меня в животе!
Раздалось протяжное ржание, но Шим готов был поклясться, что конь смеялся.
Лок сел на лежанку, его гнев улетучился.
– Он дело говорит.
