- Разбойничество средь бела дня, - укоризненно сказал я, но мастер архивариус и ухом не повел. Он же не йрвай, чтобы ухом повести. Я со вздохом, показывающим, что эти три с половиной копейки были ключом к моему будущему богатству и процветанию, опустил ладонь на стойку, после чего монеты с непостижимой скоростью перекочевали в карманы Навьеса.
- Куда направимся сначала? - спросил Локстед после того, как мы оказались на улице. Кажется, снова собирался дождь.
- К родителям, - твердо сказал я. - Если она там, у меня есть пару вариантов, как ее разговорить. Вряд ли леди Марианна что-то сказала родителям по поводу своего местонахождения несколько дней назад, и вряд ли они будут в восторге, если внезапно это узнают.
- Может, сначала наведаемся в университет? - спросил Анатоль, задумчиво водя пальцами вдоль усов. - Господа студенты наверняка знают, с кем она проводила время больше, чем с остальными. А от этих ребят мы сможем выяснить побольше.
- Успеем еще, - решил я. - Первым делом посетим улицу Квинт.
Нас встретила домработница, и вежливо сообщила, что господин Алакез сейчас находится в университете, а вот госпожа сейчас дома и может нас принять. Я сказал Анатолю, что лучше будет, если он приглядит за домом снаружи, он согласился, прибавив, что мне следует быть поосторожнее с выяснением подробностей - черт его знает, во что мы сейчас лезем. Я также согласился.
Зайдя внутрь, я на глаз оценил обстановку помещения. Жалование у профессора, надо сказать, было весьма и весьма. Либо это леди Ллаи развлекалась, соткав дорого выглядящие пушистые гобелены белой и синей с золотом нитью и, развесив их по стенам, но в подобном ремесленном занятии я не мог подозревать леди, для которой в досье даже сохранили ее девичью фамилию. Видать, важная фамилия.
Либо скрупулезность в деталях составителей городского архива. Всякое бывает.
Мы сели в гостиной, и, после того как Магда принесла чая с пряниками, а я окончательно расслабился, нас почтила своим присутствием и хозяйка дома. Глядя на нее, я, ни разу не физиономист, мог с уверенностью сказать, что о присутствии Марианны в данном доме говорить не придется. Более того, я сейчас возьму на себя роль того самого гонца, который сообщает не самые хорошие вести.
Ее лицо осунулось, и нездоровый цвет говорил о том, что женщина недосыпала уже несколько ночей кряду. Даже одежда, великолепное платье с жемчужно-хрустальными оборками, было измято, а на воротнике из кружев виднелось небольшое серое пятно. Усталый взгляд ярко-зеленых глаз был устремлен на меня, как на какую-то последнюю надежду. Черт... почему всегда так? Ждешь вестника, и вестник приходит. Но не с теми новостями, которые ты хочешь услышать.
- Леди Ллаи, - слегка наклонив голову, произнес я. Сидя кланяться было не очень удобно, особенно с чашкой чая, которую я довольно невежливо схватил. - Рихард Шнапс, купец и путешественник.
- Ллаи Алакез, - глухо произнесла она. - Но вы меня уже знаете, хоть я и не знаю вас.
- Это досадное недоразумение, которое я сейчас постараюсь исправить. Мы узнали о вас в городском Бюро. Дело в том, что пятого дня я обнаружил в роще неподалеку от Кресса вещи, принадлежавшие вашей дочери.
- Вы нашли ее? - судорожно сглотнув, спросила она с надеждой. Я покачал головой:
- Только сумку, леди. Здесь, помимо документов Марианны, еще и закладная на дом.
- На наш дом? Но... у нее ведь не было возможности... - растерянно сказала Ллаи, автоматически выпивая почти полчашки обжигающего чая. Я осторожно пил, дуя на край чашки, поэтому поразился ее невосприимчивости к окружающему миру.
- В документе указан ваш дом? - без обиняков спросил Локстед, протягивая ей бумагу поверх раскрытой сумки. Ллаи Алакез пробежала взглядом красиво выведенные строки и отрицательно покачала головой:
- Нет, здесь же другой адрес... Вот, смотрите: улица Тиламана Страбского, дом шесть.
Мы переглянулись. В больших янтарных глазах йрвая читалось отражение моей сакральной мысли - мы идиоты. Тем временем хозяйка протянула нам бумагу, затем порылась в сумке и достала фляжку с гравировкой. Нахмурилась, оглядывая плоский сосуд со всех сторон.
- Это тоже не Мари... откуда все это в ее сумке?
- Хотели бы мы знать, - невесело сказал я, принимая бумагу. Она отдала мне и флягу, справедливо заметив:
- Если вы ведете расследование, мне будет спокойнее, зная, что вы сможете быстрее найти мою дочь. А это, надеюсь, вам поможет.
- Что-нибудь еще? - спросил я. - Нам может помочь любая мелочь, происходившая в последнее время.
- Понимаете, мы... редко общались. Мари была своевольной девочкой, и она, к тому же - не мой ребенок. Но вырастила ее я, после того как предыдущая жена Эда умерла при родах, - печально проговорила Ллаи. - Простите, это не та история, которую я хочу вспоминать. Единственный, кто вам может помочь в этом деле - мой муж. Преподавая в университете, он заодно приглядывает за дочкой. Сейчас Эд... Эдмонт, стал совсем чужим. Когда Мари так внезапно исчезает, а ведь раньше она никогда не покидала город больше, чем на сутки. Но ее нигде нет... ни у кого не видели...
