Что-то сияет в дали, но не жаром, а ароматом неведомых лесов повеяло на путешественников. Еще несколько взмахов могучими крыльями, еще напряжение продвигающей воли, и гармонически звучащее, сверкая и искрясь огнями разносветящимися, развернулось перед ними объединение множества бесконечностей. Проникли в него настойчивые духи, Сатана и Сатл, и их встретили гигантские, до сих пор не мыслимые ими духи-обитатели бесконечности бесконечностей, Сверхплеромой называющейся.
Прибывшие бесконечно малы были по сравнению со сверх-гигантами, но стали расти, в четверть мирны раз увеличивая тела свои. Тогда, как нечто очень определенное, восприняли они сверх-духов и поняли, что с ними не надо говорить, что читаются их мысли обитателями бесконечности бесконечностей, что сами они, хотя не всецело, но понимают гигантов, чарующих пришельцев своим видом и своими эманациями.
«Смотрите, — воспринимали они странное наречие гигантов, — эти пришельцы пролетели через Ничто, и оно не поглотило их. Конечно, и мы можем пролететь через него, достигнуть новых бесконечностей, где мы полезны будем, засеяв новые бесконечности-пустоты звездами-солнцами в нас сущими, и вспыхнет жизнь там, где нечто худшее, чем смерть, царит, где неподвижным пребывает Ничто, ничего в себя не воспринимающее, ничего в себе не имеющее».
«Как это странно, — говорят прибывшие. — Эти существа кажутся нам совершенными, таковыми, как мы Элоимов мыслили».
И оба чувствуют, что прибыли в обитель безгранично мудрых, безгранично добрых, безгранично могущественных, все возможности и все невозможности, раз они к благу клонятся, проявить способных.
Спрашивают они, откуда могли появиться эти существа, и в них самих зазвучал голос, от гигантов исходящий: «Вы воспринимаете нас в виде преуменьшенном, так как мы пожелали вознаградить рвение ваше. Но мы в мирны раз больше, чем вы нас воспринимаете..» Сверкают и блещут солнца-искры в телах их, как атомы тел низших. И дальше, смутно, с пропусками, как бы отрывки какой-то торжественной мелодии, слышат они речь высоких: «Мы — Димиурги. Мирны Элоимов объединили мирны же бесконечностей в сверхбесконечность и, объединив в ней свои усилия, так могучи стали, что почти полное тождество с каждым из самих себя создать могли и создали. Но именно поэтому нам нечего делать в космосе, нами населенном».
И кажется прибывшим, что эти обитатели бесконечности бесконечностей, Ламирглорамами называемые, все постигли, все вдали и вблизи от себя любят, но какое-то недовольство самими собой охватывает Ламирглорамов, и они собираются покинуть свою бесконечность, только изредка думая возвращаться в нее. Стремясь к каким-то далеким бесконечностям, они пронесутся по ряду близ лежащих бесконечностей, и одни из них остановятся на пути, создав там атомы, для жизни слабых нужные, а другие только тень свою отбросят или тень тени своей оставят; многие Димиурги обход далеких бесконечностей сделают, и еще многие поднимутся над бесконечностями.
И мерещится двум путникам, как будто в глубоком сне чудится, что мириады Ламирглорамов, Сверхзамм немыслимых, отлетели от своей бесконечности и сразу ближайшее Ничто в миры благословенные превратили. Донеслось до сознания Сатаны и Сатла, что по воле и по благословению Элоимов произошел этот отлет, что, проносясь над мирами многими, Димиурги дадут этим мирам и их обитателям почувствовать, что существуют силы высокие — боги, ибо возможен контакт непосредственный между Димиургом и мирами.
Некоторые из Димиургов, величиной своей превосходящие космос, желтыми и другими солнцами освещаемый, пролетели через этот космос. И от солнц неведомых, далеко от этого космоса расположенных, тени Димиургов упали в пространство, мистическими солнцами озаряемое, и тени теней от солнц мистических упали на земли бесконечности, в той части её находящиеся, которая желтыми солнцами озаряется. И на земле, изумрудным цветом блестящей, прошла тень тени Димиурга, а люди её Изидой назвали, так как долго она на земле задержалась.
«Благостна роль Димиургов, — думают Сатана и Сатл. — Они помогут подняться несчастным зверькам, людьми называемым. А сами они? В низах задержатся или страшными порывами к Великому Богу попытаются подняться? Найдут ли они, чем наполнить свою жизнь, хотя бы и в мощных бесконечностях остановившись? Какова роль Димиургов?»
«Позднее мы разгадаем её, — говорит Сатана Сатлу, — а теперь понятно, что именно Димиурги аспектом теней своих подарили людям мысль о богах».
«Посмотрим будущее», — говорит Сатл Сатане после того, как они в мир светозарных прибыли.
И видят они, как лярвы и им подобные свои глупые тени людям за Димиургов и богов выдавать начали и своими дикими и грязными оргиями затёмнили астральное тело земли. Люди тени эти в дикие и красивые идолы воплотили, но на немногих только землях удалась эта проделка лярв, своими тенями во время сна людей мелькнувших перед ними.
