Пошел дождь. Пехотинцы, измученные жаждой, выбегали под жалящие струи, собирали
воду в каски, жадно пили.
— Вы обязаны идти, — сказал Ногучи полковнику. — В шести километрах к северо-
востоку от слияния рек стоит пехотный батальон противника. Вы обязаны уничтожить его
и переправиться через реку по мосту, наведенному русскими.
Ямагато мрачно кивнул.
Пехотинцы выступили в темноте, под дождем.
* * *
Командир танкового взвода лейтенант Тасуо Кога мчался на своем танке «Хаябуса».
Лишь одного он желал: скорейшей схватки с
противником.
Танкисты были всемогущими героями сражений. Именно они выигрывали битвы. Они
шли перед пехотой, врывались на позиции противника, их неожиданные атаки сокрушали
все.
В Китае происходило именно так.
Но у китайцев не было собственных танков... А у русских они были.
Сверкая очками, лейтенант Кога, сказал бойцам своего взвода:
— Помните: члены экипажа должны разделить судьбу своего танка, а последний патрон
сохранить для того, чтобы совершить самоубийство. Устав Императорской армии
запрещает оставлять танк под огнем, даже если машина полностью выведена из строя.
— Банзай! — прокричали солдаты.
Другой командир, лейтенант Такешита на танке «Асо», не разделял оптимизма своего
товарища. Русские определенно уделяют внимание тактике взаимодействия танков,
пехоты и артиллерии. В Японии каждый род войск обладал собственной независимой
военной доктриной.
Командир роты капитан Миятаке был по-настоящему счастлив. В первые же минуты боя
ему удалось захватить бронемашину русских.
А потом пришло известие о том, что потеряна связь с командиром второго взвода,
лейтенантом Шимизу.
Капитан принял решение и отправил на поиски бравого Кога.
— Ситуация сложная, — сказал капитан, — связь затруднена — русские глушат эфир.
Местность разведана плохо. Компас не поможет — надвигается гроза, электричество в
воздухе сбивает стрелку. Действуйте, полагаясь на инстинкт.
Кога яростно кивнул.
Во вспышках молнии видны были советские солдаты. Капитан Миятаке помахал им рукой
и крикнул:
— Привет!
Ответом был ураганный артиллерийский огонь. Сливаясь с громом непогоды, гремели
залпы там, где, по всей вероятности, находился Шимизу.
— Кога, Вакабаяши, Ирие, ваша задача — уничтожить противотанковые орудия русских,
которые нацелены на нашего товарища, лейтенанта Шимизу!
Танк Кога, озаряемый вспышками взрывов, исчез в темноте.
Следом за Кога двинулся второй танк, которым командовал лейтенант Вакабаяши.
В ночи ехали навстречу стрельбе неприятеля два японских танка.
Вакабаяши был уверен в том, что артиллерия русских не сумеет пробить японскую броню.
И тут из мрака на него выехали четыре неизвестных танка, и с тыла в машину Вакабаяши
попал снаряд.
К счастью, снаряд не разорвался. Сдетонировал взрыватель, а сам снаряд упал за ящиком
с боеприпасами. Танк продолжал двигаться вперед. Загорелись дымовые шашки, и
противник решил, что цель уничтожена.
Вакабаяши схватился за огнетушитель.
— Вперед, вперед, не останавливайся! — кричал он водителю.
Тот не снимал ногу с педали газа, только время от времени высовывался из машины,
чтобы глотнуть воздуха. Командир отчаянно пытался потушить пожар.
От огня начали рваться боеприпасы для пулемета. Несколько пуль попали в ноги бойцов.
И вот наконец — спасение.
Ночь обступила японский танк.
Вакабаяши приметил еще два японских танка. Они ползли едва-едва, несмотря на
опасную близость русских.
Это были подбитые танки пропавшего взвода лейтенанта Шимизу.
Вакабаяши продолжал ехать в полной темноте. Обессиленный водитель отдыхал,
командир сам вел свой танк.
...И опрокинулся в траншею.
На мгновение наступила тишина, показавшаяся Вакабаяши страшной. Чья это траншея?
Куда он заехал?
Спустя несколько минут он услышал японскую речь. Это было расположение пехотного
полка Ямагато. Его обессилевшие солдаты спали прямо на земле.
— Помогите мне, — сказал Вакабаяши.
Танкистов вытащили из машины, дали воды, перевязали раны. У Вакабаяши были
обожжены руки, кровоточили раны на ногах. Получил ранение и водитель.
Поблизости горел еще один японский танк.
Несколько солдат со слезами сожаления сложили ладони и низко поклонились погибшей
машине.
Это была «Хаябуса» — танк лейтенанта Кога.
Забыв о собственной боли, Вакабаяши бросился к машине. Он хотел вынести труп своего
взводного командира, но тот сгорел вместе с танком.
— Он покончил с собой, когда русские его подбили, — сказал пехотный офицер
почтительно. — Так же поступил и механик-водитель.
Где же лейтенант Шимизу?
Вакабаяши понял, что сейчас больше ничего сделать не может...
Нужно было ждать рассвета.
Лейтенант Ирие не сдался так быстро. Вместе со своим взводом он продолжал движение
сквозь тьму. Несколько членов экипажа покинули машины, привязали к спине куски
белой ткани, достали пистолеты и пошли перед танками, показывая им путь.
Моторы ревели. Но вот что-то темнеет...
— Стой! — крикнул Ирие.
Он увидели тело убитого японского пулеметчика. Ирие узнал его. Этот человек погиб
почти два часа назад.
— Мы ходим по кругу, — сказал Ирие.
Он приказал заглушить мотор и ждать остальных. Оставался еще один танк,
потерявшийся в ночи.
Чьи-то шаги.
— Кто идет?
