Теперь, когда Ладья выбралась наружу, госпожа Пласида могла сражаться с гаргульями, не опасаясь навредить своим союзникам. Из спальни Калара доносился грохот тяжелых ударов, из дыры в стене посыпалась пыль. Стал слышен звон других тревожных колоколов. Затем раздались пронзительные предсмертные крики мужчин и женщин, и Амара с ужасом сообразила, что в башне были и другие гаргульи. Запел горн, – вероятно, Бессмертные готовились атаковать тех, кто вторгся на их территорию.
Амара подлетела обратно к спальне и зависла на некотором расстоянии – она рассчитывала, что гаргульи не смогут его преодолеть в прыжке.
– Госпожа Пласида!
В десяти футах от первой дыры в стене образовалось новое отверстие, во все стороны полетели обломки камня, и наружу вывалилась гаргулья. Отчаянно размахивая лапами, она рухнула на землю и разбилась на мелкие кусочки.
Амара повернула голову и увидела другую гаргулью, которая приготовилась прыгнуть на Машу сквозь первую дыру. Зеленые глаза чудовища горели безумным огнем.
Амара нырнула в сторону, чтобы избежать атаки, но, прежде чем гаргулья успела сделать прыжок, огромный камень ударил ее в зад. Чудище рухнуло вниз и разбилось на куски рядом со своей подругой. В отверстии появилась госпожа Пласида. Камень, который сбросил гаргулью, держался на цепи, все еще связанной с ошейником госпожи Пласиды. Она коротко кивнула Амаре, поставила камень на пол и небрежным движением оторвала цепь – так швея отрывает нитку.
– Готово! Поднимайся на крышу!
– Там встретимся! – крикнула Амара.
Она полетела вверх, а госпожа Пласида втащила Ладью обратно в комнату. Затем Амара снова услышала грохот, – очевидно, дверь в спальню взломали, но она уже приземлилась на крыше цитадели. Она огляделась, ожидая увидеть гаргулий или охранников, но крыша оставалась пустой – во всяком случае, на данный момент.
Крыша башни оказалась самой обычной, лишь две детали привлекали к себе внимание. Во-первых, квадратный проем в центре, откуда лестница уходила вниз и откуда Амара вновь услышала звон стали.
Чуть в стороне от лестницы находилась голубятня Калара – простой купол из стальных прутьев, пять футов в ширину и по пояс Амаре в высоту. Внутри сидела девушка пятнадцати-шестнадцати лет. Как и госпожа Пласида, она была одета в белое нижнее белье из муслина, темные волосы слиплись от жары и духоты. С одной стороны клетки лежали одеяла, судя по всему, именно о них говорилось в письме.
Девушка сидела на корточках в центре клетки с широко раскрытыми глазами, и Амару поразило ее сходство с Карией, второй женой Гая, с которой он жил раздельно, однако у девушки не было на лице горечи и обиды Карии. Она смотрела на Амару с отчаянием, тревогой и недоумением.
– Аттикус Минора? – негромко спросила Амара.
– Называйте меня Элания, – ответила девушка. – Кто вы такая?
– Курсор Амара, – сказала она, прижимая палец к губам и призывая девушку к молчанию. – Я здесь для того, чтобы забрать вас отсюда.
– Благодарение фуриям, – выдохнула девушка, стараясь говорить тихо. – Госпожа Пласида внутри. И я не знаю, где именно.
– Я ее нашла, – сказала Амара.
Звон мечей внезапно перекрыло оглушительное шипение, Амара повернула голову и увидела, что голова и плечи Бессмертного появились в люке, однако он продолжал смотреть в сторону лестницы. Но прежде чем он сумел выбраться наверх, вновь раздалось шипение, и нечто похожее на раскаленные капли дождя тучей обрушилось на обреченного солдата и пробило его доспехи с легкостью иглы, протыкающей ткань. Бессмертный пошатнулся, но продолжал тыкать мечом вниз.
Раздался певучий женский голос, и второе облако огненных капель пронзило тело умирающего солдата. На этот раз на шлеме осталась дюжина раскаленных дыр, и он упал.
– Быстрее! – крикнула госпожа Аквитейн.
На крышу выскочил Олдрик и огляделся. Его глаза удивленно раскрылись, когда он увидел Амару, и она обнаружила, что невольно поправляет тунику.
– Не стойте! – сказала госпожа Аквитейн. – Калар…
Потом Амара услышала невообразимо громкий мужской голос, от которого задрожала башня.
– Никому не позволено выставить меня дураком в моем собственном доме! – прогремел усиленный магией голос.
Ему ответил женский голос, столь же громкий, но в нем слышался легкий смех.
– Нам для этого ничего не нужно делать. Скажи-ка, Бренсис, – насмешливо продолжала госпожа Пласида, – у тебя до сих пор возникают проблемы с женщинами, как это было, когда ты учился в Академии?
В ответ Калар взревел от ярости, и башня задрожала еще сильнее, над ней даже начала подниматься пыль.
– Вперед, вперед! – кричала внизу госпожа Аквитейн, затем появилась задыхающаяся Одиана.
Могучий фехтовальщик выбрался на крышу, Одиана и госпожа Аквитейн выскочили вслед за ним.
Не прошло и секунды, как титанический рев снова потряс башню, столб раскаленного белого огня вырвался из ее глубин и с ревом поднялся на высоту нескольких сот футов над городом. Воздух мгновенно стал сухим и горячим, и Амаре пришлось вскинуть руки к лицу, чтобы защитить глаза от ослепляющего пламени, созданного Каларом.
