– Ваш хозяин не слишком отличается от Калара, – сказала госпожа Аквитейн. – Спросите у консула Аттикуса. Спросите у Исаны, что она думает о решении Гая отправить ее племянника в Академию. Неужели вы полагаете, что Гай не знает о ваших отношениях с графом Бернардом? Если вы поднимете руку против него, Амара, неужели он не использует все, что в его власти, чтобы вас контролировать? Просто он ведет себе более прилично и не говорит это в лицо.
Амара пристально посмотрела на госпожу Аквитейн.
– Вы глубоко ошибаетесь, – твердо сказала она.
На губах госпожи Аквитейн вновь появилась скупая и холодная улыбка.
– Вы очень молоды. – Она покачала головой. – Это почти как если бы мы жили в двух разных мирах.
– Я благодарю вас за помощь, теперь я лучше понимаю характер Калара, но что это может нам дать?
– Рычаг, которым пользуется Калар, теперь доступен и вам.
Все внутри у Амары сжалось.
– Нет, – сказала она.
Госпожа Аквитейн приблизила свое лицо к лицу Амары:
– Графиня, ваша сентиментальность бесполезна, когда речь идет о судьбе страны. Если эта женщина откажется говорить с вами, ваш патрон не сумеет получить поддержку, необходимую для защиты столицы, и его правление – выживет он сам или нет – будет закончено. Тысячи людей погибнут в сражении. Доставка продовольствия на кораблях прекратится. Голод. Эпидемии. Десятки тысяч тех, чьи руки даже не прикоснутся к оружию, умрут.
– Мне это известно, – резко ответила Амара.
– Значит, если вам по силам этого избежать и вы сможете защитить страну, которой служите, нужно отбросить брезгливость и сделать трудный выбор. – Ее глаза сверкнули. – Такова цена власти, курсор.
Амара отвернулась от госпожи Аквитейн и посмотрела на пленницу.
– Я буду с ней говорить, – едва слышно сказала Амара. – Я подам вам сигнал, когда вы должны будете открыть ей свое лицо.
Госпожа Аквитейн склонила голову набок и кивнула, показывая, что согласна:
– Хорошо.
Амара вернулась к пленнице.
– Ладья… – сказала она. – Или мне следует называть тебя Гаэль?
– Как хотите. Оба имени украдены.
– Тогда пусть будет Ладья, – сказала Амара.
– Вы забыли нож? – спросила пленница, но в ее насмешке не было силы.
– Ножа не будет, – тихо сказала Амара. – Калар похитил двух женщин. Ты знаешь, где они.
Ладья не ответила, но что-то подсказало Амаре, что пленнице это известно.
– Я хочу знать, куда их поместили, – сказала Амара. – Я хочу знать, как их охраняют. Я хочу знать, как их освободить и увести оттуда.
Пленница попыталась рассмеяться. У нее не получилось.
– Ты мне расскажешь? – спросила Амара.
Ладья лишь презрительно посмотрела на нее.
– Понятно, – сказала Амара и махнула рукой. – В таком случае я ухожу.
Госпожа Аквитейн и не госпожа Аквитейн выступила на свет, падающий от круга свечей. Ее фигура изменилась, она стала ниже и заметно толще, так что платье плохо сидело на ней. Также изменились ее кожа, лицо и волосы, и она превратилась в зеркальное отражение Ладьи.
Голова Ладьи дернулась вверх, и на измученном лице появилось выражение ужаса.
– Я немного с ней прогуляюсь, – продолжала Амара холодно и безжалостно. – Так, чтобы нас увидели. Чтобы все население города было в курсе. В том числе Калар.
Лицо шпионки исказилось от ужаса и боли, она смотрела на госпожу Аквитейн и не могла отвести взгляд.
– Нет, фурии, о нет! Убейте меня, и закончим на этом.
– Зачем? – спросила Амара. – Зачем мне тебя убивать?
– Если я умру, она не будет иметь для него никакого значения. Он просто вышвырнет ее вон. – Она разрыдалась. – Ей всего пять. Пожалуйста, она маленькая девочка.
Амара сделала глубокий вдох:
– Как ее зовут, Ладья?
Неожиданно женщина бессильно повисла на цепях, все ее тело сотрясалось от отчаянных рыданий.
– Маша, – прохрипела она. – Маша.
Амара подошла к ней вплотную, схватила за волосы и подняла голову, чтобы заглянуть в почти закрытые заплывшие глаза.
– Где ребенок?
– Калар… – всхлипнула шпионка. – Он держит ее рядом со своими покоями. Чтобы я знала, что он может с ней сделать.
Амара заставила себя действовать жестко, и ее голос отразился от каменных стен:
– Именно там он держит остальных заложников?
Ладья покачала головой, но в этом жесте не было силы, она явно лгала.
– Нет, – прошептала она. – Нет, нет, нет.
Амара продолжала смотреть в глаза шпионки и заставила себя проявить решимость.
– Ты знаешь, где они? Тебе известно, как я могу до них добраться?
Наступила тишина, которая прерывалась лишь стонами боли.
– Да, – наконец сказала Ладья. – Я знаю. Но я не могу рассказать. Если вы их освободите, он ее убьет. – Она содрогнулась. – Графиня, пожалуйста, это ее единственный шанс. Убейте меня здесь. Я не могу допустить, чтобы Маша погибла.
Амара отпустила волосы пленницы и отступила назад. Она чувствовала себя отвратительно.
– Бернард… – сказала она, кивком показав на стоявшую в углу бочку. – Дай ей немного воды.
Граф с встревоженным лицом выполнил просьбу Амары. Ладья не показывала, что заметила Бернарда, пока он не приподнял ее голову и осторожно не влил из ковша немного воды между ее потрескавшимися губами. Потом она начала жадно пить, как затравленное животное.
