Тави обнаружил, что улыбается.
– А она хорошенькая?
– Очень.
– И отклонила твои ухаживания?
– Раз примерно сто. – Тон Макса вновь стал серьезным. – Дом Калара очень силен. И этот ловкий маленький ублюдок Бренсис обманул меня относительно своей силы. Церерусу с ним не справиться. А если Первый консул придет к нему на помощь, то подставит спину Аквитейнам. Он попал в ловушку.
Наступило молчание. Тави наблюдал игру света в облаках.
– Наверное, мне пора к этому привыкать.
– К чему?
– Чувствовать себя очень маленьким, – сказал Тави.
Макс фыркнул и рассмеялся:
– Маленьким? Во́роны, Тави. Ты расстроил перевороты, которые пытались организовать два самых могущественных консула страны. Дважды. Я даже не знаю, кто бы еще мог с этим справиться.
– Удача, – ответил Тави. – Главным образом удача.
– Частично, – согласился Макс. – Но не только. Проклятье, Тави, будь у тебя свои фурии…
Внезапно Макс щелкнул зубами, прервав фразу, но Тави все равно ощутил такое знакомое разочарование.
– Извини, – сказал Макс через мгновение.
– Забудь.
– Да.
– Я бы так хотел, чтобы мы могли что-то сделать, – сказал Тави. – Хоть что-нибудь. Мы застряли здесь, на задворках, а страна борется за свою жизнь. – Он махнул рукой. – Насколько я понимаю, наш легион не готов к сражениям. К тому же никто не знает, можно ли ему доверять, ведь солдаты и офицеры собраны из самых разных мест. Мне жаль, что мы не в силах принести хоть какую-то пользу, вместо того чтобы заниматься бесконечными тренировками и… – он кивком показал на мешки с зерном, – покупать продовольствие.
– Мне тоже, – отозвался Макс. – Но я сомневаюсь, что мы получили бы от сражения удовольствие, если бы оказались там. Наш легион долго не продержится. Гарнизонная служба на мосту скучна, но, по крайней мере, нас из-за нее не убьют.
Тави проворчал в ответ нечто неразборчивое, и они снова замолчали. Наконец впереди появились заговоренные огни Элинарха и освещенные пролеты огромного моста. А после того как они проехали еще несколько сот ярдов, волосы на затылке у Тави встали дыбом.
Макс не был очень умелым заклинателем воды, но Тави знал, что он обладал этим даром, и не мог не почувствовать тревогу друга. Тави увидел, как напряглась спина Макса.
– Что? – прошептал Макс.
– Не уверен, – ответил Тави, – но мне показалось, что я слышу нечто странное.
– Я не понимаю, как это тебе удалось, алеранец, – послышался голос в ярде от его головы. – Камни и рыбы слышат лучше, чем ты.
Тави развернулся, выхватывая кинжал с пояса. Макс отреагировал быстрее – он моментально нанес удар назад, усиленный магией фурий.
Красная молния озарила ландшафт на пару мгновений, и Тави увидел улыбку Китаи и руку Макса, пронесшуюся рядом с девушкой на расстоянии в полдюйма. Она сидела на корточках, на мешках с зерном, и ее бледное лицо сияло из-под капюшона плаща. Она была в той же рваной одежде, в которой Тави видел ее раньше, однако сняла повязку, скрывавшую глаза, и теперь та болталась на шее. К счастью, от нее не пахло, как прежде.
– Кровь и во́роны, – прошипел Макс. Лошади начали нервничать, фургон задергался, и ему пришлось их успокаивать. – Посол?
– Китаи, – сказал Тави, который теперь понял, с чем связана его инстинктивная реакция. – Что ты здесь делаешь?
– Ищу тебя, – сказала она, изогнув бровь. – Что же еще?
Тави бросил на нее пристальный взгляд. Китаи улыбнулась, наклонилась вперед и крепко поцеловала его в губы. Сердце Тави отчаянно заколотилось, и он начал задыхаться. Он не собирался этого делать, однако притянул ее к себе, Китаи довольно рассмеялась, но отпрянула назад. Тави посмотрел в ее великолепные экзотические глаза и попытался игнорировать желание, которым наполнилось его тело.
– Нет в мире справедливости, – вздохнул Макс. – Посреди ночи где-то на краю мира, а рядом с тобой женщина. – Он остановил лошадей. – Дальше я пойду пешком. Встретимся утром.
Китаи лукаво рассмеялась:
– У тебя мудрый друг. – Потом ее улыбка угасла. – Но я пришла сюда не для того, чтобы доставить удовольствие нам обоим, алеранец.
Тави попытался игнорировать страсть, разбуженную ее поцелуем, и постарался привести мысли в порядок. Китаи была способна легко переключаться с одного занятия на другое, но Тави не обладал этим талантом – и, хотя он видел тревогу на лице девушки-марата, прошло несколько секунд, прежде чем он спросил:
– Что случилось?
– Кто-то пришел в лагерь, – ответила Китаи. – Он сказал, что у него есть послание для командира Сирила, но легионер, стоявший на страже, отослал его прочь, предложив вернуться утром. Посланец твердил, что это важно, что нужно разбудить командира, но ему не поверили и…
– И что? – вмешался Макс и посмотрел на Тави. – Такие вещи случаются регулярно. Любой посланец считает, что наступит конец света, если его не выслушают немедленно. Командиру легиона необходимо спать. Никто не хочет оказаться тем, кто его разбудит.
Тави нахмурился.
